Пушной сезон

пушной сезон

Утром мы, как обычно, встали в 6 часов утра, попили чаю с молоком, перекусили, покормили небольшими порциями собак и были готовы отправиться на охоту. Я с псом Пиратом сегодня пошел по главной тропе — от избушки строго на юг. Николай двигался по ключу на запад, а Геннадий постоянно ходил на северо-восток. Поднимаясь по хребту и думая за день пройти по кривой, заворачивая постепенно к избушке, я планировал обследовать глубокую кедровую падь, находившуюся справа от меня на юго-западе. Пушной сезон был в самом разгаре.

Пират работал хорошо, к 11 часам мы добыли 10 белок и одного колонка. Его пес по следу загнал на сухое дерево у ключика. Колонок живет по кустам, которые растут по обоим берегам ручья, где и водятся белые куропатки. Зверь мастерски их ловит в лунках, вырытых птицами в глубоком снегу на ночлег.

Часто можно найти в кустах кучу перьев — это работа колонка или соболя. Пушной хищник не может за один раз съесть целую белую куропатку, которая весит примерно 800-1000 граммов. Спрятав в кустах добычу, зверек наведывается в свою «кладовую» несколько раз, пока не закончится весь запас.

Я подходил к подножью хребта, который вел в глубокую кедровую падь, время приближалось к обеду. Пират, спугнув трех косуль, через перевал ушел далеко вперед. Чтобы зря не терять время, я решил подкрепиться и выбрал у поваленного кедра хорошее место. Расчистил снег, наломал сухих веток и развел небольшой костер.

Достал из рюкзака банку говяжьей тушенки, вскрыл и поставил на угли, в алюминиевую кружку налил горячего чая из термоса и начал пить, согревая внутренности. В это время подбежал Пират, пар валил от него, как от древнего локомотива. Сделав несколько кругов на месте у ствола кедра, пес улегся отдохнуть. Зашипела тушенка в банке, я достал ложку из кармана рюкзака и приступил к обеду.

Через 15-20 минут время привала подошло к концу. Я собрал рюкзак и двинулся вверх по хребту южного склона. Снизу от самой его подошвы росли густой тальник и осинник. Весь склон покрывала высокая трава, которую сейчас не было видно из-под снега.

Чудо природы

Чем выше я поднимался, тем чаще мне попадались наброды косуль и изюбрей. Вокруг осинника были заячьи тропы, на отдельных стволах деревьев белели пятна. Это «косые» перекусывали своим излюбленным лакомством — осиновой корой.

Идти становилось все труднее, поскольку южный склон был каменистым. Приходилось двигаться осторожно, чтобы случайно не подвернуть ногу и не растянуть сухожилие. Я зашел в осинник и вырезал из сухой ветки палку длиной метра полтора с рогулькой на конце. Эта была удобная опора, которая позволила мне уверенно и быстро закончить подъем в кедровую падь.

Через полчаса я стоял на перевале. Рядом возвышалась небольшая скала из светло-желтого камня высотой около 400 см и примерно 20-25 м в окружности. На вершине в расщелине росла красивая сибирская береза, вымахавшая метров на пять. Чудо природы! Как ей хватило жизненной влаги для роста?

Я стоял и долго любовался этой березкой, думал, что даже у деревьев разные судьбы… Одно дерево растет и благоухает во всей красе рядом с ручьем, вдоль пьет воду, а другим место на скале. Так и у людей. Кто-то наслаждается богатством, а кому-то приходится работать от зари до зари и жить в постоянной нужде. Такова, видимо, судьба…

Присев у скалы на камень, я снял с рюкзака бинокль и стал рассматривать кедровую падь, которую видел впервые. Меня поразил ее величественный вид. Падь была похожа на огромную чашу, с юга проходил крутой гребень, поросший кедрачом до самой вершины.

На западе возвышалась высокая круглая вершина сопки, напоминающая шапку с раскинутыми в стороны ушами. С севера шел скалистый хребет, который внизу упирался в ключ. Чаша пади представляла собой густой кедрач темно-зеленого цвета на фоне белого свежевыпавшего снега.

Мельница по обмолоту шишек

Урожай ореха в том году был хорош. Возле каждого кедра в снегу виднелись ямки — это упавшая с дерева шишка проваливалась в сугроб. Все вокруг покрывали следы белок, которые здесь кормились. По кедровнику тянулась тропа на южный склон хребта. По ней ушло стадо кабанов.

Я спустился в кедровую чашу, где наткнулся на старую стоянку добытчиков орехов. Здесь был полусгнивший односкатный балаган из жердей, покрытый корнем и мхом. Рядом стояла мельница по обмолоту шишек. Местные жители называют ее по-бурятски «сайба». Устроена она довольно просто.

Берется чурка из сырой лиственницы длиной около метра. На ней нарезаются зубцы высотой по 2-3 см. К барабану с обеих сторон прибиваются ручки метровой длины. Мельница устанавливается на два столба — спиленные рядом дерева. Сверху делается «бункер» из выстроганных дощечек, в который засыпается примерно мешок шишки.

Двигая ручками барабана вправо и влево, люди производят обмолот. Шишка, попадая на зубцы, размалывается и летит дальше вниз — на крупное сито. Там отсеиваются орехи, которые проваливаются через дырочки на подостланный брезент. Остатки чешуи от шишки лежат в решете и вручную выбрасываются из него. Так происходит первичная обработка ореха в таежных условиях…

По всем признакам было видно, что здесь давно уже не занимались заготовкой. Кедровая падь находилась примерно в 18 километрах от дороги. Орехи отсюда нужно вывозить только на лошадях вьюком через падь с многочисленными ключами по заболоченной местности. Это очень трудоемкий процесс, так что работы здесь ведутся редко…

Обследовав стоянку, я стал подниматься на вершину хребта, планируя повернуть на северо-запад в направлении главной тропы и добраться до нашей избушки засветло. В тайге быстро темнеет, а идти в сумерках по бурелому очень сложно и опасно. Можно подвернуть или сломать ногу, провалиться в незамерзающий ключ, которых в лесу множество.

Обитатели тайги

В кедровой пади Пират облаял шесть белок. Поднявшись на гриву, я услышал в распадке яростный голос пса и поспешил к тому месту. Подойдя к сухой сосне, на которую гавкал мой помощник, увидел колонка, лежавшего на толстом суку. Зверек рассматривал нас сверху черными бусинками глаз. Отстреляв колонка, я двинулся по пади вниз в нужном нам направлении.

Пройдя по кедрачу метров 100, заметил, что Пират гонится за каким-то зверем. В густом багульнике, который рос там повсюду, рассмотреть было нелегко. Выбежав в редколесье косогора, я увидел, что это кабарга — маленький олень темно-бурого цвета. Животное перевалило через гриву, а за ней в 50 метрах бежал Пират.

Я продолжил спуск по распадку и вышел к главной тропе, ведущей к нашей избушке. Солнце скрылось за вершину горы, освещая кроны. Вдоль главной тропы, которая шла у подножья, росли мелкие осины и березки вперемежку с лиственницей и сосной. Было примерно 5 часов вечера, когда я пересек по мостику ключ и посмотрел на распадок, куда убежал Пират за кабаргой. Лая не было слышно.

Псу уже следовало вернуться, ведь он уже около часа гонялся за копытным животным. Присев на старый пень у тропы, я решил подождать своего четвероногого помощника. Прислушиваясь к лесным звукам, различил шорох справа и одновременно увидел белку. Она ловко перелетела на дерево с соседней кривой сосны, шмыгнула по стволу вниз и села, перебирая что-то своими лапками.

Увидев меня, белка зацокала и побежала по ветке от ствола. Я в это время сделал пару осторожных шагов к ней, и пушной зверек застыл, впившись в меня черными глазками. Изредка вздрагивал его хвост, передергивались уши с кисточками наверху.

Так мы смотрели друга на друга в упор минуты полторы или две — зверь и человек. Наконец, белка успокоилась и продолжила свой путь. Легким толчком, оторвавшись от ветки, перелетела на соседнее дерево и ушла по вершинам молодых сосен — подлеском смешанного леса.

Где же Пират?

Очарованный красотой природы и грациозностью зверька, я долго стоял в задумчивости. Пират все не возвращался. «Надо идти к избушке, а он догонит по моему следу!» — мелькнула у меня мысль. В домике топилась печь, Николай готовил ужин. Геннадий пока еще не вернулся: видимо, ушел далеко за перевал, где водилось много пушной живности.

Примерно через час пришел наш товарищ и принес 21 белку. Поужинав, мы приступили к обработке трофеев. Закончив с этим делом, я вышел из избушки и позвал Пирата, но его не было. Другие наши собаки — Туман и Найда — отдыхали на своих местах. Часы показывали уже 11 вечера.

Вернувшись в домик, я рассказал ребятам о том, что Пират так и не вернулся… Мы задумались: куда он мог деться… Николай высказал предположение, что пес мог угодить в ловушку, оставленную кем-то в пади в прошлый сезон охоты. Также стоило учитывать вероятность того, что Пират столкнулся с волками. Такое случалось, хотя и очень редко.

Не объявился пес и к 12 часам ночи. Я постоял снаружи, глядя на яркие звезды. Начинать поиски в темноте не имело смысла. Пришлось идти ложиться спать, но мне долго не удавалось заснуть. В голову лезли всякие мысли по поводу потери собаки.

Поисковая операция

Утром, посоветовавшись с товарищами, я собрал рюкзак, взял малокалиберку и отправился за Пиратом. Мы решили, что надо идти в распадок, куда пес угнал кабаргу, и по его следу продолжить поиск. Мой путь шел по главной тропе на юг. Пройдя примерно полкилометра, стал подниматься к распадку, где потерялся мой четвероногий помощник.

Я внимательно вглядывался в следы на снегу. Здесь были и зайцы, и косули, и кабаны, и белки, и колонки, и соболи. Вепри в кедраче изрыли вокруг деревьев снег до земли, собирая опавшую шишку. В этот урожайный на кедровый орех год для кабанов была благодать. Их натоптанные тропы пересекали лес то тут, то там.

Поднявшись до половины гривы, я наткнулся на вчерашний след Пирата, гнавшего кабаргу. Пошел по нему, начал спускаться в другую падь. Вправо по склону лес стал редеть, попадались поляны с мелким кустарником. Отпечатки лап собаки вели вниз распадка — на звериную тропу. Следов кабарги больше не было видно. Пират прекратил за ней гнаться за перевалом.

Я шел по тропе и внимательно смотрел на снег. Через несколько метров следы собаки пропали. Мне пришлось сделать круг и удалось вновь обнаружить отпечатки лап Пирата. Он ушел в гору по багульнику на другую гриву. Я продолжил идти по следу и перевалил в следующую падь. Остановился, прислушался: нет никаких звуков, кроме стука дятла, работающего на сухой сосне. Да еще ворон кружил внизу распадка.

Сняв ружье, я выстрелил в сухую сосну, надеясь, что пес даст о себе знать, хотя бы залает. Минут 10 ждал, и… вдруг из кустов багульника вышел сам Пират, опустив вниз голову и чуть-чуть повиливая хвостом. Я подбежал к нему, стал его гладить и осматривать — нет ли где ранений. К счастью, ничего не обнаружил.

Правда, у собаки сильно запали бока и голос охрип — его можно было услышать только с 15-20 метров. Я достал из рюкзака хлеб и две сваренные тушки белки, покормил Пирата. Отдыхали мы минут 20. Затем направились по следу пса — хотелось посмотреть, где он был.

Картина событий

Пройдя по багульнику вдоль горы, пришли к небольшой скале. Я увидел лаз, уходящий под ее основание. Там имелась маленькая пещера, где жил хищник. Вокруг все было изрыто до земли, на снегу четко виднелись следы Пирата и небольшого медведя, видимо, шатуна. От берлоги вытоптанный путь вел вниз по распадку, где на небольшой полянке имелись черные круги.

Я понял, что здесь пес остановил косолапого и держал его всю ночь. Снег там был взбит до земли, словно на этом месте рылись кабаны. Похоже, что схватка оказалась ожесточенной, кое-где лежали клочья медвежьей шерсти. Я стал мысленно восстанавливать картину событий.

Видимо, когда Пират возвращался после преследования кабарги, он наткнулся на убежище «топтыгина» и стал его выгонять. «Хозяин» не выдержал такого нахальства и бросился на своего обидчика. В густом багульнике собаке было опасно работать.

Когда противники выбрались на поляну, пес активно атаковал небольшого медведя и посадил его на зад. Хищник, почувствовав жесткую хватку пса, стал обороняться, делать резкие выпады и взрыл снег до земли. Похоже, что схватка продолжалась до самого утра.

Когда я появился на гриве и выстрелил, Пират бросился ко мне. А медведь тем временем побежал в другую сторону. Я прошел несколько метров по его следам и повернул назад. Мы с моим четвероногим помощником двинулись косогором до главной тропы и через полчаса были в избушке. В этот день мы хорошо пообедали и решили отдохнуть — набраться сил для продолжения пушного сезона.

Дмитрий Нетудыхатко, Республика Бурятия

Голосов еще нет