Коллективный выезд

пернатый трофей

Долгожданная охота на водоплавающую и болотно-луговую дичь открылась вовремя. В предшествующие годы эту радость несколько раз омрачал перенос срока на более позднюю дату, но теперь такого изменения не предвиделось. Настроение еще больше поднялось от того, что установилась хорошая погода. Пятница — день выезда на природу — не стала исключением: было тепло, сухо, и на небе — ни облачка.

Для охоты два давних друга Максим и Роман выбрали в соседнем районе местечко, носящее название Семиозерье. Когда-то давным-давно там действительно было 7 водоемов, но в годы советской власти прорыли несколько мелиорационных каналов и проложили шоссе. После этого два озера высохли и исчезли без следа. Сейчас там осталось 5 сильно обмелевших и заросших травой водоемов, похожих на болота, но место сохранило прежнее название.

Роман, проживавший в поселке, через который шла дорога к этим озерам, уже посещал те края. А Максим, давно переехавший в город, слышал о них много, но бывать там еще не приходилось.

Озеро

Выбранный друзьями водоем вытянулся примерно на 1000 метров в длину, и на 600 — в ширину. Края его заросли тростником, рогозом, камышом и какой-то мелкой травой. Расстояние до шоссе составляло с полкилометра. С той стороны имелось одно место, где между берегом и водой не было растительности.

Роман проехал дальше и остановился там, где через тростник шла чуть заметная тропинка. Чистого подхода к берегу тут не было. На вопрос Максима, а не лучше ли расположиться у открытой воды, последовал отрицательный ответ:

— Мы здесь привыкли останавливаться. Скоро узнаешь почему.

Позднее стало ясно, что там пастухи гоняют коров к озеру, создавая массу неудобств рыболовам и охотникам.

— Так мы будем здесь не одни? — спросил Максим.

— Да! Здесь много уток, и поэтому народу немало. Нынешнее открытие — не исключение, охота будет коллективной. Кстати, ожидаются шашлык и шурпа. Я сделал взнос за тебя. А пока никто еще не подъехал, накачай лодку, надо плыть и пометить лучшие места. Тогда будем с дичью!

По камышам и воде

Подготовить лодку — дело недолгое. Роман справился с ним первым и двинулся к тропинке. Через несколько минут Максим пошел следом.

Тропинка в камышах была полностью заполнена коричневой болотной водой. Местами в ней плавали какие-то растения. Когда вода достигла колена, на тропинке появилась толстенная доска, лежавшая среди тростника. Идти по такому импровизированному «мостику» было делом непростым. Когда Максим наступил на один конец, тот ушел в воду, а другой, наоборот, поднялся вверх.

Шагать пришлось очень осторожно, не отрывая ног от поверхности доски и утапливая ее в болотистую жижу. Но постепенно, опираясь руками на лодку, Максим освоил способ передвижения по ней. Доска кончилась, началась другая. Но по ней идти оказалось легче, так как противоположный ее конец был прикреплен к чему-то твердому. Там уже начиналась водная гладь, если ее можно только было так назвать.

Между тростником и открытым участком озера ветер нагнал полосу плавающей колючей травы метров 10 шириной. Охотники и рыболовы называли ее «водорезом». Плыть пришлось аккуратно, раздвигая эту преграду веслами. Стоило чуть-чуть продвинуться вперед, как плавающая масса занимала расчищенное с трудом пространство позади. Но все когда-нибудь кончается. Друзья преодолели и эту колючую преграду.

Впереди была чистая вода, сразу стало легко грести. Роман уплыл недалеко и работал веслами медленно, поглядывая по сторонам. Максим догнал его, и они двинулись рядом. Вскоре показался остров, заросший тростником и рогозом. Роман указал на него веслом и сообщил:

— Я всегда тут сижу! А ты занимай вон тот, что подальше. Вот увидишь: место — лучше не бывает!

Неплохая позиция

Повернув чуть вправо, он начал пробиваться через камыш к своему острову, а Максим поплыл к своему. Рекомендованное ему место охоты имело внутри площадку, вытоптанную то ли утками, то ли какими-то зверьками. Работая веслами, используя росший вокруг камыш как опору и напрягая все тело, Максим выдвинул лодку на этот «плацдарм» и огляделся.

Увидеть его с высоты полета пернатые могли только в случае, если бы приблизились на дальность выстрела. Но с учетом того, что крупная птица в воздухе быстро развернуться не может, она гарантированно попадала бы под огонь.

Максим проверил и убедился, что лодка держалась устойчиво. Привязав несколько полосок заранее заготовленной материи, он пометил место, чтобы его не заняли другие охотники, поплыл назад. Роман тоже закончил осмотр своей позиции и ждал друга.

— Слушай! А уток-то не видно! — забеспокоился Максим.

— Будь спок! Будут к вечеру! Гарантирую! Кроме того, посмотри внимательней вокруг…

Максим осмотрелся. Вдали плавали несколько черных и черно-белых птиц.

— Это лысухи и гагары, — пояснил Роман. — Если ничего иного не добудешь, то покажешь дома их для отчета, где был и что делал. Гагарами у нас называют черно-белых поганок. Стреляй их, если подплывут близко. А лысуха в жареном виде ничем не хуже утки.

— А у меня ситуация! Бабушка перед моим отъездом высказалась в том смысле, чтобы уток домой не тащил, а вез их к деду на дачу и там обрабатывал.

— Женщины есть женщины. Для них чистота в доме превыше всего. Но дед-то все равно будет интересоваться: что подстрелил и сколько? Так что лучше бить гагар, чем просто ждать. И деду будет что сказать, и время пройдет быстрее, и интерес какой-то есть.

— Ладно, посмотрим, что день грядущий нам готовит. Может, до гагар и руки не дойдут.

И они поплыли обратно. Навстречу им скользили лодки других охотников, которые тоже приехали на своих машинах и теперь стремились забронировать себе места получше. Роман предупредил всех, кого смог, что два острова уже заняты.

Друзья добрались до колючей травы и увидели, что там появился небольшой просвет — с четверть ширины лодки. Он образовался под воздействием работы множества весел других охотников. Плыть стало намного легче, чем по густым зарослям.

Наибольшую трудность представляла высадка из лодки на доску, по которой надо было идти пешком. Но Роман выскочил первым и немного придержал ее. Без происшествий напарники добрались до берега.

Прибытие коллег

Не успели друзья дойти до машины, как с дороги в их сторону свернул с шоссе КамАЗ. Это приехали охотники, которые работали на том же предприятии, что и Роман, и не имели личных автомобилей.

— Они тоже наши соседи? — уточнил Максим.

— Да, как видишь!

Прибывшие выгрузились и начали обустройство лагеря. К верхней части кузова машины они прикрепили брезентовый полог, который веревками и кольями натянули над землей. Под этой импровизированной крышей был поставлен стол. Из досок и обрезков бревен быстро соорудили две длинные скамейки и несколько табуреток.

Пока одна часть людей обустраивала лагерь, другая занялась костром. Часть поленьев, не использованных для создания «мебели», была расколота на дрова. Люди развели огонь.

— Кто будет резать барана? — раздался чей-то голос.

Как ни странно, но этот простой вопрос был встречен без всякого энтузиазма. Охотники почему-то опустили глаза и стали прятаться друг за друга. Максим представил себе эту картину, и ему тоже стало немного не по себе. Молчание затянулось. Задние ряды вели себя смелее, но вперед никто не торопился. Послышались смешки:

— А может, не надо резать? Тушенкой обойдемся. Давайте отпустим его?

— Да у вас что? Крыша не в порядке? Дожили! С бараном никто не может справиться! — возмутился один из охотников, стоявший несколько в стороне, и тотчас стал распоряжаться. — Ты и ты берите его и тащите в сторону, вот сюда!

Максим не стал смотреть, чем все это закончится, а пошел чистить картошку, чем уже занимались два человека. Через несколько минут к ним присоединились еще несколько добровольцев.

С бараньей туши было срезано все мясо, пригодное для шашлыка, которым занялись два «специалиста». Остатки порубили на мелкие куски и сложили в котел. В него налили воду и повесили над костром. Начался процесс приготовления шурпы.

У охотников появилось немного свободного времени, и они собрались у стола, заполнив его тушенкой, хлебом, колбасой, помидорами, огурцами и другими припасами. Роман и Максим скромно примостились в дальнем уголке и пили только газировку.

Вскоре основная масса народу утолила первый голод. Постепенно охотники разделились по группам. Одни переговаривались, обмениваясь какой-то информацией, другие пошли к костру — присматривать за приготовлением шурпы, которая уже кипела в котелке.

— Слушай! Человек шесть приехали без ружей. Чем они собираются заниматься? — поинтересовался Максим у Романа.

— Да, будут у костра сидеть, есть шашлык! Они просто отдохнуть на природе приехали…

— И все?

— Слава Богу, если их не потянут на «подвиги». Вот тогда будет совсем невесело, особенно мне.

— А что может быть?

— Помолчи, вдруг пронесет! Кстати, на мероприятие вроде сегодняшнего некоторым любителям лучше ездить без ружей.

— Это почему же? — удивился Максим, вспомнив старый анекдот на эту тему, в котором поклонникам «огненной воды» рекомендовали оставить дома двустволки и из автобуса не выходить.

— Да, был у одного из наших парней неприятный инцидент из-за ружья…

— Может, расскажешь, что произошло?

— Слушай!

История Романа

— Поехал я как-то со своим соседом Михаилом на рыбалку, — начал рассказ Роман. — Охота уже была разрешена, но он этим не увлекался. Место для лова выбрал неподалеку от группы озер, которые считались воспроизводственным участком дичи. Охотники и рыбаки не любили это место, поскольку там очень часто разъезжали инспектора, которые не упускали случая проверить, кто чем занимается. На удильщиков обычно просто смотрели. А вот у охотников почти всегда проверяли документы.

— Мы приехали вечером и обосновались на берегу под большим деревом. Через некоторое время рядом с нами с другой стороны расположился парень — явно не рыбак, — продолжил повествование Роман. — Он собрал ружье и прислонил его к дереву, установил рядом с машиной палатку. Не обнаружив дичи на озере, которое очень хорошо просматривалось с берега, парень достал бутылку и еду. Через некоторое время он спрятался в палатке и, видимо, уснул.

Наша рыбалка продолжалась до наступления сумерек. Когда пришли ночевать, на стоянке ничего не изменилось. Парень похрапывал в палатке, ружье его стояло у дерева. Мы встали пораньше и пошли на утреннюю зорьку. Ловилось даже лучше, чем вечером. Мне удалось поймать пару лещей, Михаил тоже вытащил одного. Периодически мы посматривали на стоянку: парень продолжал спать крепким сном.

Между пятью и шестью утра клев вначале ухудшился, а потом прекратился вообще. Посидев еще немного, мы прекратили рыбалку и начали собираться домой. В это время к стоянке подъехал «уазик», из него вышли два человека.

— Молодые люди! — обратился к нам один из них. — Лицензия на охоту у вас есть?

— А нам она не нужна! Мы рыбаки и ловили с берега.

— А это что? — недоверчиво спросил тот же инспектор, показывая рукой на двустволку, прислоненную к дереву.

— А это не наше! Это того парня, который спит в палатке. Если прислушаетесь, то услышите, как он там похрапывает.

— Придется его разбудить!

— А зачем? Он же не охотился, а только приехал, перекусил и лег спать. Пусть отдыхает!

— Ну, конечно! А ружье пусть стоит без присмотра?

Они разбудили парня. Тот долго не мог понять, что же хотят от него эти невесть откуда взявшиеся серьезные мужики. Немного пришел в себя после того, как инспектора показали ему свои служебные удостоверения. У парня были в порядке все документы: лицензия, охотничий билет, разрешение на хранение и ношение оружия.

Несмотря на это, инспектора составили протокол и выписали штраф. Парня наказали за неправильное хранение оружия и нахождение с двустволкой в охотничьих угодьях в нетрезвом состоянии. Он потом рассказал эту историю всем в нашем поселке. И теперь все охотники знают, что если планируется застолье на природе, то лучше всего оружие оставлять дома. Вот так!.. — завершил свой рассказ Роман…

Вечер

Начало смеркаться. Тучи закрыли край горизонта, и солнца не стало видно. Общепризнанный руководитель, последний председатель распавшегося охотничьего общества Николай Кузьмич, достал бинокль и стал наблюдать за озером.

— Утка пошла! — объявил он.

В это время где-то вдалеке раздалось несколько выстрелов. По всей видимости, местные «горячие головы» не стали дожидаться официального открытия сезона. Трое охотников, сидевших за столом, схватили ружья и бросились к озеру с криками:

— А чем мы хуже?..

— А ну назад! — рявкнул Кузьмич.

Видя, что его не слушают, он схватил двух сорвавшихся с места охотничков и рывком вернул их на свои места. Парни сразу успокоились. Однако третий их товарищ успел исчезнуть в камышах. Мы ждали выстрелов, но их не последовало.

Тем временем закипела вода для чая. На охоте «китайские церемонии» не разводят. Содержимое небольшой пачки чая высыпают в пятилитровую емкость. Если поблизости есть кусты смородины, то добавляют пучок листьев или молодых веточек. В этот раз обошлись без них. Сполоснув немного кружку, Максим налил себе крепкого чая, который можно было пить с сахаром.

В этот момент из камышей вышел «охотничек», пожелавший начать сезон досрочно. Парень выглядел довольно жалко: вся одежда ниже пояса была мокрой и грязной, в сапогах хлюпала вода. Рукава куртки почти до локтя тоже вымазались.

Выяснилось, что он пошел по тропинке без лодки. Шагая по шатким доскам, поскользнулся и провалился почти по грудь в грязную болотную воду. Мало того, промокли и рукава, поскольку парень пытался опереться о камыши.

Идти в высоких сапогах, наполненных водой, — занятие не такое уж и легкое, но вполне возможное. Выбравшись на ровный участок, парень подогнул болотники и тут только понял, что ружье исчезло! Его он выронил при падении. Вернулся назад и принялся искать, стараясь по возможности не набрать вновь воды в сапоги. Однако свою пропажу так и не обнаружил.

— Ребята, помогите найти ружье! Очень прошу! — взмолился незадачливый «охотничек».

Максим посмотрел на Романа и предложил:

— Может, пойдем и поищем? Мы самые трезвые!

— Сиди! Без нас обойдутся!

Обошлись! Здоровенный парень двухметрового роста надел полукомбинезон, взял лодку и пошел в камыши. Вернулся минут через пять, чертыхаясь. Одной рукой держал ружье, а другой тащил свою лодку за веревку.

Оказалось, что по доскам он вполне благополучно дошел до места падения товарища, которое определил по помятому тростнику. Выяснилось, что ружье зацепилось ремнем за сломанные стебли, которые не дали ему полностью исчезнуть в воде. Но, когда парень потянулся за двустволкой, у него, как и у горе-охотника до этого, соскользнула нога.

Помощник успел рукой схватиться за лодку и упал в основном в нее, но все же зачерпнул полукомбинезоном немного воды, которая ушла в правый сапог и промочила носок. Оба «искупавшихся» парня стали приводить себя в порядок. Первому кто-то дал трикотажный костюм. У второго нашлась своя запасная одежда. Мокрые вещи развесили на веревках, которые держали полог.

Решив, что он уже достаточно насмотрелся на этот импровизированный театр, Максим ушел к себе в палатку. Через полчаса свое место в автомобиле занял и Роман. Несмотря на шум, им удалось задремать. Среди ночи Максим проснулся от того, что кто-то прошел мимо его палатки и поднял соседа. Они вполголоса о чем-то поговорили, потом загудел мотор, а через некоторое время машина Романа куда-то уехала.

Установилась тишина, Максим опять заснул. Разбудил его шум возвращения автомобиля. На несколько минут опять все стихло, а потом зазвучала гитара. Сидевшие у стола затянули песни то хором, то поодиночке. Максиму запомнился куплет, который исполнил молодой парень: «Шел я лесом по траве, дали там по роже мне. Стал я прыгать и скакать, дали в морду мне опять». Постепенно Максим привык к этому музыкальному фону и снова заснул.

Утро первого дня

Роман проснулся затемно, взглянул на часы и определил, что пришло время начинать:

— Пора, Максим! Пошли на воду, а то уток проспим.

Они и еще несколько человек начали собираться. Максим осмотрел лагерь. Несколько человек все еще не ложились. Большинство праздновавших открытие сезона храпели в кузове «КамАЗа». Некоторые дремали прямо под брезентом возле стола: кто лежа, кто полусидя.

Глотнув немного чая, который за несколько часов превратился в коричневую жидкость, похожую на кофейную гущу, и, подкачав лодки, охотники двинулись к тропинке. До досок дошли быстро. А дальше… возникли проблемы.

Импровизированные «мостки» от частой ходьбы по ним стали погружаться глубже, чем в прошедший день. Тростник рядом с ними был поломан и теперь нисколько не мешал им смещаться по воде в разные стороны. Пришлось передавать вперед поочередно то одну, то другую лодку и шагать по ним. Медленно охотники преодолели камыши и выбрались к озеру.

— Наконец-то! — выдохнул Максим.

Среди «водореза» виднелась узкая, не заполненная травой полоска. По ней лодки прошли без помех. На озере стоял туман, причем настолько густой, что в нескольких десятках метров ничего не было видно. Только по шуму весел удавалось определить, что по бокам движутся другие охотники.

Когда они проплыли метров 50, справа раздался выстрел. Через несколько секунд впереди стали видны летящие перпендикулярно их движению птицы. Поглядев на них, Максим удивился: они, как две капли воды, походили на тетеревов. Тот же полет, те же размеры! Откуда над озером косачи? Они никогда не летали над водой!

Лишь через несколько секунд Максим понял: лысухи! Эти птицы в тумане практически не отличимы от косачей. И даже летают так же! Стрелять он не стал. Впереди в тумане кто-то плыл, слышался шум весел. Можно было попасть в человека.

А вот и остров Романа показался из темноты. Обогнув его, Максим проплыл дальше и нашел свою позицию. Когда приближался к нему, с бережка в воду прыгнули и скрылись то ли пара уток, то ли два зверька.

Расположившись как можно удобнее, стал ждать. Тьма уже стала не такой густой, как ночью. Максим поднял ружье и попытался целиться: мушку пока не было видно. Придется еще повременить.

Настырная ондатра и странная лысуха

Неожиданно он увидел, что к лодке плывет какой-то зверек. Ондатра? Что ей нужно? Мускусная крыса подплыла к его островку, перебралась через тростник и попыталась взобраться на борт лодки.

Максим прикладом ружья спихнул непрошеную гостью в воду. Видимо, зверек не понял, в чем дело, потому что, тут же развернувшись, сделал повторную попытку. Пришлось пошевелиться в лодке. Тут только ондатра смекнула, что остров занят человеком, нырнула и исчезла. Второй такой же зверек, рассекая воду, плыл с другой стороны.

«Надо же! Прямо как на войне! Атака с двух сторон! Вот только — как всегда: один из нападающих всегда опаздывает, и противник бьет их по очереди!» — пронеслось в голове Максима соображение, которое мог бы высказать его дед.

Стволом ружья пошевелил тростник. Ондатра нырнула в воду, и больше охотник ее не видел. По всей вероятности, у зверьков остров был популярным местом отдыха, но сейчас эта позиция оказалась занята.

Постепенно становилось все светлее и светлее. С озера были видны подруливающие легковые автомобили. Некоторые из них ехали до их лагеря, другие останавливались в стороне. Скорее всего, это были припозднившиеся стрелки.

В очередной раз прицелившись, Максим обнаружил, что уже видит мушку. Пора было начинать охоту. Справа и слева начали раздаваться редкие одинокие выстрелы. Но охотники, выплывшие на озеро, пока не открывали огонь. Над водоемом пролетела стая уток. Высоко!

Справа от засады метрах в 50 начиналась прибрежная растительность. На воде у камышей сидела лысуха. Она была в каком-то полусонном состоянии: ее голова все время клонилась вниз, но, достигнув какого-то предела, дергалась и возвращалась в обыкновенное положение. На глазах Максима так повторилось несколько раз. Возможно, птица была чем-то больна.

Над камышами появился болотный лунь. Он заметил странную лысуху и завис над ней, опускаясь все ниже и ниже. Когда казалось, что хищник вот-вот схватит ее, та резко опрокинулась на спину и часто задергала лапами.

Лунь взмыл вверх, но не улетел. Выждав, когда птица успокоится, повторил нападение. Но та была начеку и вновь опрокинулась на спину и задергала лапами. Хищник опять взлетел вверх, но держался поблизости.

Он еще несколько раз пытался схватить птицу, но та не давалась. Лунь прекратил свои попытки и скрылся, только когда неподалеку загремели выстрелы, хотя в него никто и не целился.

Началось

Еще больше посветлело. Со стороны, где не было растительности, в озеро заплыли на лодке два человека и двинулись вдоль берега, подыскивая себе место и выгоняя спрятавшуюся там дичь. Несколько уток и лысух взлетели и попытались укрыться в других частях водоема. Началась «канонада». Утки изменили направление и рванули в разные стороны.

Одна из птиц попала в сектор стрельбы Романа. Тот не упустил возможность и спустил курок. Максим видел, что утка упала. А в его «зоне ответственности» оказалась летящая лысуха. Он выстрелил и промахнулся. Подвела привычка бить по уходящим пернатым. А тут дичь двигалась прямо на него. Ну что же! В следующий раз надо целиться лучше.

Улетевшая птица, сделав круг над камышами, нашла безопасное место в центре озера. Через некоторое время к ней присоединились еще несколько уток. Слева Роман опять выстрелил. На этот раз промазал, кажется, неверно определил высоту полета: пернатые шли слишком высоко.

В секторе стрельбы Максима появилась черно-белая поганка. Видимо, на нее еще никто не покушался. Она спокойно плавала, ныряла, не обращая внимания на все учащающуюся пальбу. После очередного погружения поганка появилась на поверхности вблизи засады. Максим выстрелил и увидел, что попал.

Роман опять открыл огонь. Над ним пронеслось несколько уток. Они пролетели дальше и сели за спиной у охотников. Там среди камыша и тростника был залив метров 40 длиной и 5 шириной. Пернатые приводнились в его конце и тут же спрятались среди густой травы.

Свою первую утку Максим увидел, когда она появилась у противоположного конца озера. Но птица не полетела прямо на него, как это делала предшествующая стая. Эта утка шла вдоль берега. Раздались выстрелы, однако пернатая, не обращая на них внимания, продолжала свой путь. Вот она свернула в сторону и устремилась в направлении Романа. Тот пальнул раз, потом второй.

Утка летела как ни в чем не бывало. И вот оказалась в секторе стрельбы Максима. Каким-то шестым чувством он понял, что попадет, когда еще только целился. Выстрел… и птица рухнула в воду. Наконец-то попал!

Некоторые охотники оставили свои убежища и выплыли собрать дичь. Ну что же! Пора размяться, ноги затекли! Максим отчалил и достал из воды добытую утку. По размерам она была меньше кряквы, но больше чирка, весила она граммов 500. Кажется, косатая. Поганку он тоже забрал и вернулся на свое место.

После 9 часов утки начали летать очень активно. Со всех сторон шла пальба. Роман тоже стрелял раз шесть. А в секторе Максима не было ничего и никого. И тут черно-белая поганка неожиданно вынырнула метрах в 20. Руки сами направили ружье, а палец машинально нажал на спусковой крючок. Когда голова стала думать — птица уже была отстреляна.

Охотники опять отправились собирать добытую дичь. Максим не поплыл. Ничего нет, поганка не в счет. И тут вспугнутые лысухи бросились искать себе безопасное место. Сектор стрельбы Максима показался им таким убежищем. Летели они не прямо на него, а с левой стороны направо. Грянули два выстрела, и пара лысуху упала в воду.

После 10 утра по поверхности озера начал распространяться запах шашлыка. Учуяв аромат, охотники стали покидать свои места и направляться к стоянке. Максим продолжал сидеть, поскольку Роман тоже не двигался. Распуганные плывущими лодками, утки опять стали перемещаться по воде. Одна из них оказалась перед засадой, и Максим добыл ее.

Через некоторое время остальные охотники скрылись в прибрежной траве. Максим посмотрел в сторону соседа и, увидев, что тот покидает свою засидку, тоже выплыл и собрал пернатые трофеи. Догнал Романа, и они двинулись вместе.

— Ну как успехи?

— Шесть, в том числе две поганки.

— У меня восемь.

— Я думал… больше! Ты много стрелял.

— Я иногда жму на курок, чтобы отвести душу! Сидишь, сидишь, скукота одолевает. Стрельнешь, вроде бы легче становится.

— Ну… у меня такого нет. Я, если долго нет дичи, начинаю дремать.

— Тебе легче!

Перерыв

При дневном свете проходить по импровизированной переправе было намного легче, чем в темноте. Друзья миновали тростники и вытащили лодки на сушу. Максим собрал дичь и направился к палатке. По пути ему встретился один из парней, приехавших с ружьем, но без лодки. Незнакомец обратился с требованием:

— Дай утку!

— Черно-белую возьмешь?

— Не откажусь.

Максим протянул ему одну из поганок. Через два шага стоял еще один парень. Он тоже попросил утку. Ему была отдана другая поганка. Остальную добычу Максим сложил в палатке и пошел к мангалу.

Там жарилась очередная партия шашлыка. Прождав немного и увидев, что готовое мясо снимают, взял свою порцию. Остальные шампуры «повар» отнес к столу, где уже сидела та же компания, что и вчера, правда уже не столь активная и веселая. Сказывались бессонная ночь и допущенные излишества. Поджаренное мясо было уложено в огромную миску. Шампуры тут же были забраны для запекания очередной партии шашлыка.

Максим съел свой шашлык и пошел к котлу, где было замариновано мясо. Там хозяйничал парень, который помог нанизать готовые кусочки. Через минуту новую порцию можно было жарить. Максим получил шампур с шашлыком и устроился на краю стола. Рядом на подстилке сидел мужчина лет 40, возле которого расположился пес.

— Как успехи, удалось что-либо добыть? — поинтересовался Максим.

— Мое время еще не пришло.

— Когда же оно наступит?

— Примерно через час охотники разъедутся по домам. После этого я пойду по берегу, а мой пес — по зарослям. Он будет выносить мне все, что не смогли найти и забрать стрелки.

— Ну, дай Бог Вам удачи!

Съев шашлык, Максим ушел в палатку подремать. Роман во время еды беседовал о чем-то с двумя парнями. После обеда он опять куда-то уехал. Немного отдохнув, Максим вернулся к столу и подкрепился остывшим мясом и горячим чаем. Мужчина с псом сидел на прежнем месте, но разжился уже тремя кряквами.

— Откуда такое богатство? — поинтересовался Максим, показывая на уток.

— Пока ты спал, я с собакой прошелся по берегу.

— Три кряквы — это, конечно, великолепно, но мне кажется, что в заросли падало намного больше птиц, как убитых, так и подранков. Что же их не отыскал твой пес?

— Мы нашли больше пернатых. Мелких уток я раздал друзьям. Продолжили поиски, но тут произошла неприятность. На противоположном берегу не все охотники отъехали. Один из них стоял возле машины и, увидев, что пес вынес из зарослей утку, заявил:

— Это мой трофей! Отдай!

— Так Вы уже прекратили охоту!

— Нет! Я только отошел передохнуть, а потом собирался идти искать. За то, что вы нашли утку, спасибо, но вынужден ее забрать. Давайте сюда!

Пришлось отдать ему утку. Услышав эту перепалку, еще три охотника двинулись к берегу. Один из них заявил, что не успел отыскать сбитых уток, но не потерпит, чтобы собака забрала пернатые трофеи. Другой предупредил, что «шарахнет» из ружья, если пес окажется в секторе обстрела. Пришлось нацепить поводок на питомца и увести его к бивуаку.

— Теперь-то, наверное, разъехались даже самые упорные? Можно и повторить поиск, — предложил Максим.

— Нет! За мной сейчас приедут. Вечером я буду там, где ни мне, ни псу скучать не придется.

— Ну, удачи вам обоим!

Максим отошел от них, в задумчивости почесывая затылок. Народ здесь действительно сложный. Многие действуют по принципу: сам взять не смогу, но и другим не дам.

Новый заплыв

Людей на озере было мало, уток не видно вовсе. Заняв свою позицию среди камышей, Максим стал ждать. Изредка откуда-то издали налетали небольшие стайки пернатых, но по каким-то причинам обходили его место стороной.

Как всегда, одна группа птиц появилась над головой неожиданно. Максим выстрелил и попал, но видел, что утка не убита. Пришлось еще раз спустить курок, когда подранок рухнул в воду. Поскольку других птиц поблизости не было видно, охотник снялся с места и поплыл к своему пернатому трофею.

По всей вероятности, других стрелков рядом не имелось. Решив, что в свой «скрадок» всегда успеет, Максим начал осматривать озеро и направился к противоположному берегу. Вода на озере была светло-коричневой, но достаточно прозрачной. Донные отложения создавали иллюзию, что озеро неглубокое.

По пути лодка чуть было не наткнулась на кол, чуть-чуть торчавший над поверхностью. Максим решил узнать: как же глубоко здесь? Кол поддался легко, а на последнем отрезке вода прямо-таки выталкивала его. Охотник оглядел это орудие и прикинул, что в длину оно превышает 5 метров. Воткнул обратно, может быть, кому-нибудь из рыбаков понадобится.

Несколько фитилей свидетельствовали о том, что на озере ведется лов. По сторонам торчали колья, необходимые для установки этих снастей. Максим поднял одну из ловушек и увидел, что внутри находился один серый карась примерно граммов на 300. Заглядывать в другие фитили не стал: хозяева могли подумать, что он хочет забрать их улов.

От противоположного берега к центру озера рванулось несколько лысух. Одна из них оказалась на дальности выстрела. Стрелять с движущейся резиновой лодки — занятие не из простых: она почему-то начинает крутиться и сбивать прицел. Тем не менее выстрел был удачным, и еще одна лысуха стала пернатым трофеем охотника. Посидев еще часа полтора, Максим вернулся к бивуаку.

Приключения друга

Приятель куда-то исчез. Машины не было на месте. В лагере царило уныние. Мангалом никто не занимался, да и причин для этого имелось. Бак, где раньше мариновали мясо, давно опустел. В костре тлели последние угольки, но никто не подбрасывал дрова, хотя их еще было предостаточно.

Несколько человек собрали вещи, погрузились в легковые автомобили и уехали. Охотники и отдыхавшие сгруппировались в несколько мелких групп и что-то усиленно обсуждали. В чайнике было немного теплой жидкости. В миске… немного холодных кусочков шашлыка. Хлеба не наблюдалось. Максим поел мяса и запил чуть теплым напитком из чайника. Идти никуда не хотелось, и он остался за столом.

Примерно через час приехал откуда-то Роман. Он выгрузил из машины полиэтиленовые пакеты с продуктами. Отдыхавшие и охотники заметно оживились и сгрудились у стола.

— Слушай! А что так долго ездил? Мы тут уже заждались и изволновались! Куда делись Петька и Сашка?

Из посыпавшихся вопросов Максим понял, что Романа опять «напрягли»: ему пришлось мотаться в город, до которого было километров 15. Сопровождали его два парня, у одного из которых знакомая продавщица работала в круглосуточном магазинчике. Роман то ли в самом деле был зол, то ли только прикидывался разъяренным.

— С Петькой и Сашкой разбирайтесь сами. Я их привез в магазинчик. Они зашли, я остался в машине. Жду, жду, а их нет. Когда терпение кончилось — сам заглянул внутрь. Смотрю: а они там с двумя продавщицами лясы точат. Спрашиваю: «Скоро?». Они: «Погоди немного!». Прождал еще полчаса, выходит Петька, выносит продукты и говорит, чтобы я уезжал, а завтра за ними приехал часов в 8-9. Они, дескать, заночуют в городе. Ну, я взял сумки и уехал. Вот так!

Максим тихонько спросил его:

— Ну и что? Завтра поедешь за ними? Я бы их оставил там на все выходные — пусть бы веселились и сами добирались!

— Да нет! Съезжу, куда деваться, раз обещал… А то еще расстроятся.

— А тебе самому не обидно?

Роман не ответил.

На столе тем временем появилось несколько банок тушенки. Кто-то подбросил дров в костер и поставил чайник. Мероприятие продолжалось.

Очередная вечерняя охота

Было часов пять, когда Роман и Максим вновь отправились занимать свои места на озере. В их отсутствие ондатры опять заняли островок, но, когда лодка подплыла, они скрылись в воде.

«Кажется, они подслушали мой разговор с Романом», — мелькнуло в голове у Максима. Дело в том, что, когда он рассказал приятелю о поведении ондатр, тот воскликнул:

— А что ты не пристрелил их?

— А зачем? Кому они нужны!

— Отдал бы мне. Я из них рукавицы бы сшил.

Максим пообещал ему добыть пару ондатр, если, конечно, они попадутся на прицел.

Уток не было, пришлось ждать. Где-то вдалеке изредка палили охотники, а на озере царила полная тишина. Неожиданно справа, с другой стороны водоема, раздался выстрел, затем второй. Через несколько секунд все повторилось.

Стрелявший охотник покинул место в камышах и направился к середине озера. Проплыв немного, он поднял ружье и выстрелил один раз, а потом другой. Тут Максим понял, в чем дело.

Мужик гнался за небольшой нырковой уткой, которая совсем не хотела становиться чьим-то трофеем. Каким-то образом птица определяла момент выстрела. Она успевала нырнуть до того, как дробь долетала до нее. Охотник еще два раза пальнул и вернулся на свое место: утка уплыла от него слишком далеко, и гоняться за ней больше не имело смысла.

Пернатая исчезла и из поля зрения Максима. Но через несколько минут увидел вновь: она плыла прямо к его островку. Охотника утка не видела. Максим выстрелил и попал. По всей вероятности, птица не ожидала выстрела.

Время тянулось медленно. Утки не спешили лететь на озеро. Те, что все же появлялись, нашли прекрасную возможность уклоняться от выстрелов. Они шли на большой высоте до середины водоема, а затем по спирали пикировали и ныряли. На выстрелы из засад у берега никак не реагировали.

Ночной переполох

За «вечернюю зорьку» не было добыто ни одной птицы. С тем и вернулись. Было уже темно. Костер горел, чай был на столе. Кто-то поставил на огонь кастрюлю, в которой кипела вода. Пользуясь предоставленной возможностью, Максим сварил лапшу, поужинал и лег спать.

Эта ночь прошла значительно тише, чем предшествовавшая. Отдыхавшие тихо беседовали между собой до полуночи. Затем все стихло. Песен никто не пел. Гитарист, видимо, уехал домой на одной из попутных машин. Большинство людей постепенно устроились на отдых. Лишь одиночки еще сидели у костра, уставившись лицом в огонь.

Однако среди ночи все были подняты с мест отдыха. Переполох поднял один из охотников, который после обеда уехал домой, а теперь неожиданно вернулся. Проснувшись среди ночи, он вдруг вспомнил, что забыл забрать ружье. Опасаясь, что его двустволку прихватит кто-либо чужой, начал звонить знакомым и друзьям, упрашивая их съездить к месту охоты, а потом и сам помчался обратно.

Так что заночевавшие на берегу озера были не единственными, кого разбудил этот «баламут». Ружье искали недолго. Оно лежало неподалеку в заросшей травой борозде, рядом с которой сидел до отъезда этот горе-охотник.

Под обстрелом

Рано утром, еще до наступления дня, Максим и Роман заняли свои места. Уток снова не было. Опять пришлось ждать. Где-то вдалеке изредка стреляли охотники, а над озером опять стояла полная тишина. Так прошло два часа. Роман покинул засидку и поплыл к бивуаку: ему надо ехать в город за двумя загулявшими охотниками.

Пользуясь тем, что на озере людей было очень мало, Максим решил сменить место. Он направился к правому берегу. Поплыл вдоль него и через некоторое время достиг небольшого мыса, возвышавшегося над остальной частью суши.

К его удивлению, это была твердая земля, что оказалось даже очень кстати. Сидеть в резиновой лодке — занятие не из легких. Походить и размять затекшие ноги хотелось уже давно. Участок с твердым грунтом был невелик — три шага в ширину и восемь в длину, но и этого вполне хватило, чтобы передохнуть.

Правда, с воздуха птицы могли увидеть Максима. Но он был одет в камуфлированный костюм, поэтому надежда на удачную охоту сохранялась.

Прошло немного времени. В камышах за спиной раздались визг и шум — там бегали какие-то зверьки. Возможно, это резвились детеныши ондатры. Неожиданно прозвучало несколько выстрелов. Дробь шарахнула по камышам и посыпалась рядом с островком. Несколько дробин ударило по куртке.

— Мужики, вы что? Совсем что ли?!! — прокричал Максим. — Я тут сижу!

Прогремело еще два выстрела. Дробь опять посыпалась вокруг него. Максим направил ружье в сторону стрелявших и грозно предупредил:

— Сейчас вы узнаете Кузькину мать!

Но нажимать на спуск не стал. В голове пронеслось: «А вдруг случайно попаду в кого-нибудь? Нет уж! Такого приключения мне совсем не надо!».

Он покинул место на твердой земле и направил лодку к своему плавающему островку, где просидел еще часа полтора. Уток так и не было. Решив, что на данный момент полученного удовольствия от охоты вполне достаточно, двинулся к берегу.

Трофей на каналах

На бивуаке царили тоска и уныние. Согревающие напитки опять закончились, а новых поступлений не ожидалось. Пригубив немного чая, Максим решил попытать счастья на каналах, один из которых начинался метрах в 300 от лагеря. На подходе к ним пришлось решать: с какой стороны идти? Выбрал левую, чтобы не стрелять в сторону солнца.

Не пройдя и сотни метров, вспугнул пару крякв. Но между птицами и Максимом был огромный куст тальника. Пока перебирался в зону видимости дичи, утки улетели так далеко, что стрелять не имело смысла. Пройдя еще сотни две метров, охотник вышел к довольно приличной по размеру луже.

Здесь была ложбина, но, видимо, канал рыли везде одинаковой глубины. За несколько лет его берега осыпались. Однако дно этого углубления все равно было ниже поверхности ложбины. Туда собралась вода, образовав мини-озеро, на берегу которого по-хозяйски устроилась ондатра.

Тут Максим вспомнил просьбу Романа. Выстрел… и зверек стал очередным трофеем. Но не успел охотник порадоваться, как уже пожалел о содеянном. Менее чем в 30 метрах от него взлетели две кряквы, обеспокоенные пальбой.

И опять густые кусты тальника не дали возможности выстрелить по пернатым хотя бы из одного ствола. Максим едва не застонал, глядя, как все дальше и дальше улетают эти крупные и увесистые птицы. Пройди он еще 5-6 шагов, и кусты уже не помешали бы ему! Там, где прятались утки, место было открытым.

Максим продолжил разведку и протопал еще с полкилометра. Однако больше уже никакой дичи не обнаружил. Пришлось возвращаться к бивуаку. Там охотника поджидал Роман, который сразу сказал:

— Собирайся, сейчас поедем домой! Мне через три часа на работу. К тому же уток больше не будет.

— Чтобы уехать домой, достаточно и первой причины! А почему дичи не будет?

— Когда с шоссе сворачивали, ты видел справа озеро?

— Да.

— Так вот: я заехал туда узнать: есть ли там, и узнал, что там охоту запретили. Местные егеря возвращают оттуда всех, кто пытался туда пробраться. Утки сразу поняли, что там стало безопасно. Поэтому все пернатые летят на то озеро.

— И для чего такое ограничение охоты?

— Хотят, чтобы на будущие дни осталось хоть немного уток. Сам знаешь: дай волю нашим ребятам — перестреляют всех! А так хоть немного дичи сохранится для тех, кто приедет сюда после выходных.

— Хорошо! Я сам уже подумывал об этом, — с готовностью согласился Максим и быстро собрал вещи.

Любое мероприятие необходимо не только вовремя начать, но и в нужный момент завершить. Когда приятели выезжали, над ними пролетела большая стая. Утки направлялись туда, где было тихо и где не стреляли. Хотя бы временно.

Геннадий Руднев, г. Тюмень

Голосов еще нет