А вот и утки прилетели!

утки прилетели

Поздней осенью с братом Владиславом решили отправиться на его «Москвиче» на хакасские степные озера — пострелять птиц. Самое важное в такой охоте — найти к ним хороший подъезд. В степи дорог — великое множество, ориентиров и указателей нет, а есть только направление, «забитое» когда-то в навигатор памяти моего братца. И, хотя, как говорится, «склероз с годами крепчал», а Владиславу было уже за шестьдесят, наши вылазки всегда оказывались удачными…

Запланировали стартовать с утра, но собрались только к обеду. Съехав с бетонки и повиляв между деревенских кошар и огородов, к вечеру добрались до озера. Вытянутое на три километра, оно сильно заросло камышом. Невдалеке виднелись мелкие озерца. С них мы и решили начать охоту.

Из машины выгрузили снасти, лодку, палатку. Брат начал устраивать бивак. А я накачал лодку и поплыл на ней ставить сеть, что в те годы не запрещалось. Мой водный транспорт был одноместным, так что приходилось считаться с риском кувыркнуться за борт, как однажды случилось со мной на северном озере Боганида.

Здесь же я просто привязал концевую веревку к островку камышей и, подгоняемый ветром, спокойно выметал 30 метров сети. На берегу устроили с братом перекус. Пили чай, вспоминали годы молодости, любовались красками хакасской осенней степи на закате.

Вот незадача!

Для вечерки выбрали небольшое продолговатое озеро и, собрав ружья, не спеша пошли к нему с двух сторон. Я двигался слева, а брат начал огибать водоем справа. Из-под берега поднялись штук пять уток. Я пальнул — одна упала, вторым выстрелом ее добрал.

Тем временем испуганная стайка повернула в сторону Владислава. У него был «автомат» МЦ, поэтому утки прилетевшие почти не имели шансов уцелеть. Но брат лишь нервно дергал затвор ружья и, ругаясь, с сожалением поглядывал на птиц.

Наша дичь, несмотря на явную угрозу, спокойно облетела неудачника и ушла в сторону большого озера. Я отправился искать упавшую утку и вскоре нашел ее в прибрежных камышах. Немного погодя подошел расстроенный неудачей брат. На мой немой вопрос чертыхнулся и сказал, что подвела автоматика.

Берега водоема густо заросли камышом. Озеро был небольшим, так что мы могли рассчитывать на удачу на вечерней зорьке. На урезе воды нашли самодельные стульчики. Собирались они просто. На вбитый в дно кол сверху приколачивалась дощечка, на которой охотник сидел в ожидании дичи.

Спрятавшись в камышах, мы стали ждать захода солнца. Было тихо, ветра не ощущалось. Хакасская степь с каменными истуканами на желтых курганах в закатных лучах солнца напоминала о вечности.

Лета утки не было. Постепенно стемнело, дальний берег озера сливался с чернильной темнотой ночного неба. И только водная гладь слегка отсвечивала лунным светом. Тишину нарушил свист крыльев — это на середину озера сели птицы. Брат удивленно громко воскликнул:

— Вот и утки прилетели!

Пернатые тотчас шумно взлетели, я торопливо выстрелил в мелькнувшие силуэты, и все стихло. О попадании не могло быть и речи. Мы еще немного подождали. Я посмеялся над братом, его невпопад прозвучавшим восклицанием, и мы двинулись к своему биваку.

Еще один шанс

Посидели возле костра. Яркие осенние звезды о чем-то шептались и перемигивались, глядя с высоты на нашу грешную, но такую прекрасную землю.

Утром проснулись рано. Наскоро попили чаю из термоса и двинулись к озерам. Брат пошел на прежнее место, надеясь на удачу, упущенную вчера. А я осмотрел мелкие водоемы. Добыл влет чирка и завернул к большому озеру.

Подкачал лодку и поплыл смотреть сеть. В «сороковке» сидели серебристые караси и (что меня очень удивило) запутавшиеся в ячейках раки с ладонь величиной, зеленые, с растопыренными клешнями и глазами навыкат. Пришлось повозиться, выпутывая их. В нескольких местах я порвал сеть.

Вскоре подошел брат, которому опять не повезло. Но на охоту — это не в магазин сходить! Мы не спеша собрались и поехали домой.

На юге блестели свежевыпавшим снегом Саянские гольцы Борус и Гладенькая. Тайга светилась осенним бархатом. Через час мы были дома.

Брат выпустил карасей в стоявшую в огороде ванну. По утрам вода покрывалась тонким льдом, и рыба плавала, как в аквариуме, лениво шевеля плавниками. Там караси прожили две недели, пока их постепенно не пустили на уху и на сковородку. Я ощипал свою утку и сварил ее с лапшой, а из раков получился пахнущий укропом деликатес, съеденный тут же с большим наслаждением.

Геннадий Белошапкин, г. Омск

Ваша оценка: Нет Средняя: 1 (1 vote)