Весенняя охота на селезня

самец кряквы

Потрескивает костерок, вечереет, и становится как-то прохладно… «Снег что ли пойдет?» — спрашивает мой отец. «Да с чего бы? Уже лето почти!» — отшучиваюсь я от его острых подначек. «А помнишь, в один год прямо на зеленой листве снег лежал?» — не отстает папа. «Ну всякое бывает… Но, я думаю, сейчас не выпадет… А давай лучше не будем на кофейной гуще гадать, а вот Иринке расскажем, как мы весной на селезня ходили?».

Настоящая классика

— Хорошо! Как-никак, внучка охотника, пусть привыкает… — соглашается мой отец и обращается к девочке. — С нами пойдешь?..

— Нет, не буду я зверушек стрелять!!! — отвечает Иринка. — А послушать рассказ готова! Все равно завтра в школу идти не надо. Да и тепло, не будет никакого снега…

— Ну тогда слушай…

— Это же классика? — спрашиваю я.

— Да не перебивай ты! — отмахивается отец. — А вообще, правда, конечно. Добыча селезня в весеннее время — это самая настоящая классика. Возьми любую книженцию об охоте от тонюсенькой до того толстенного тома, который Иринка поднять не сможет, и обязательно найдешь такой раздел. В нем будет подробно говориться о том, как взять самца утки. Детально расскажут, что да как, в чем быть одетым, где маскироваться, какой дробью стрелять и так далее и тому подобное…

— Да это же древняя макулатура, а тут живые впечатления! — опять встреваю я.

— Еще раз перебьешь — уйду! — обижается отец.

— Ну правда, пап, дай деду сказать, — вмешивается Иринка.

— Может, оно, конечно, и макулатура, но каждый охотник, который себя уважает и подранков не хочет наделать, книгу обязательно прочтет. Потом внимательно послушает нравоучения старших и что-то «намотает на ус». А уж только тогда за ружье берется да на водоем идет… — рассказывает отец и внезапно обращается ко мне. — Вот ты книгу читал?

— Конечно, — отвечаю я со смехом. — Ту зеленую… и большую красную тоже!

— Все бы тебе шуточки! — с какой-то обидой говорит отец и поворачивается к внучке. — Вот смотри: тут изображен селезень — самец кряквы. Уж какой у него красочный наряд, аж залюбуешься! Особенно ярко он выглядит, когда утки весной мигрируют.

Так вот этот селезень не хочет быть один. Для продолжения рода своего целыми днями перемещается с места на место в течение всего так называемого брачного периода. Ищет уточку, которой может понравиться. И пойдут у них «детки»…

В поисках подруги самец нередко и подолгу облетает болотистые участки, различные по величине, протяженности и месту расположения озера, большие и маленькие речки. В общем, обследует все те места, где обычно плавают утки… Понятно говорю?..

Место для шалаша

— Так вот каждый охотник, уже обладая этими знаниями, может сообразить, прикинуть, где селезня поджидать, — продолжил рассказ дед. — И мы с твоим отцом, Иринка, неплохо разбираясь в повадках пернатых, вначале составили что-то вроде «плана битвы», чтобы выйти из нее победителями да с трофеем хорошим.

— А с чего вы тогда начали? — интересуется девочка.

— С поиска на карте всех мест, где чаще всего бывают селезни. Затем нам требовалось обустроить укрытие, откуда уже можно выцеливать самца утки. Мы решили ограничиться шалашом.

— А как вы место нашли? — спрашивает Иринка.

— Если в одиночку бродить, то тяжело его отыскать. Можно много дней потратить, просто вышагивая по огромной территории, пока не найдешь то самое заветное местечко. Но благо есть люди добрые, ведь в одном селе живем… Они нам и подсказали — идите туда-то, там свернете, потом еще немного пройдете… и будет вам счастье. Вот мы и выдвинулись… — сказал отец и замолчал.

Я пошевелился, взглянул на вечернее небо и подбросил поленьев в костер. Разом стало и светлее, и теплее. Иринку укрыл своим бушлатом, чему она была несказанно рада. Девочка внимательно слушала деда, который продолжил рассказ.

— Итак, значит, пришли мы на место… За строительным материалом я отправил твоего отца. Часа два он ходил, но натаскал немало и палок, и сучьев, и хворосту, и еловых лап нарубил. В общем, для шалаша все было готово. С местностью он слиться должен идеально, так что рядом пройдешь и не заметишь. А уж самец кряквы пролетит и точно ничего не заподозрит…

Мы расположились на водоеме, где камышей выросло мало. Прошлой весной там вымахали настоящие «джунгли». Тогда нам проще было. Камышей нарезали огромную гору, сделали такой шалаш, что просто загляденье, почти как дом. Прочный получился и дождь выдержал. Снаружи лило как из ведра, а мы внутри сухие сидели. Даже жаль покидать его было…

Ну а в этот раз пришлось потрудиться, что поделаешь… Хорошо, что до хвойного лесочка рукой подать. Понятно, что шалаш нужно делать таким, чтобы основа была из палок да сучьев, а поверх хвоя. Она и аромат человеческий хорошо отобьет, да и вид у нее будет вполне себе привычный для селезня. В общем, как я тогда решил, с пейзажем мы слиться должны. Меня устроили все те палки и ветки, что твой отец принес…

Ну вот, материал у нас есть, целая гора… Стали мы прикидывать, где шалаш возводить. Дело это, Иринка, ответственное. Не смейся! Чего зубки скалишь? На самом деле нужно так расстояние выбрать, чтобы и селезень не забеспокоился, и сами мы не промазали. Я предлагал метров 30, а отец твой на двух десятках настаивал. В итоге сошлись на том, что 25 в самый раз…

Естественно, сооружали мы шалаш с «бойницами», чтобы он выглядел не как стог сена, а имел оконца, из которых и обзор хороший, и стрелять можно. Ну, значит, показалось мне, что не хватит у нас строительного материала. А отец твой упрямый считал, что достаточно. Он у нас все-таки лодырь и лежебока! Я пошел еще веток принести, а когда вернулся, шалаш уже был готов. Твой отец его так шустро построил — ну просто загляденье…

— А помнишь, что я тогда сказал? — прервал повествование дед неожиданным вопросом и ухмыльнулся.

— Не буду повторять! — мне от смущения пришлось опустить голову… — Иринка, он назвал меня нехорошим словом… и правильно. Вход-то я забыл сделать…

— Да, твой отец выстроил шалаш на славу, но, видимо, для муравьев, — рассмеялся дед. — А все потому, что мастерил с внешней стороны, а не вокруг себя. В общем, пришлось разбирать эту конструкцию и заново делать. Ну и мои палки да ветки пригодились, что я принес. Шалаш еще крепче стал, и обзорность отличная…

Живые приманки

— А теперь к другой стороне дела перейдем, к нашим уткам подсадным. Придя на место, мы не найдем самочек, мирно купающихся в ожидании пернатого кавалера. А если вдруг увидим диких уток, то сразу спугнем… Нам нужны другие птицы, годящиеся на роль подсадных. Они должны быть бойкими, чтобы крякали почаще и селезней приманивали… Ну а дальше уже, как говорится, дело техники. Подлетел пернатый красавец, а ты его из шалашика-то… бабах!

Живем мы в квартире, а не в частном доме. Своих уток нам выращивать негде. Да и на покупку их не хочется деньги тратить. Ведь подсадные нужны только на время короткой весенней охоты. Хорошо, что можно этих птичек взять в аренду. Сумму мы заранее обговорили и выбрали пару самых крикливых особ. Конечно, пообещали, что заплатим штраф, если подсадная утка случайно пострадает.

И вот смотри, Иринка, слагаемые успеха на охоте, загибай пальчики. Хорошее место, значит, нам тогда подсказали — это раз. Неплохой шалаш со второй попытки мы с твоим отцом построили — два. Теперь что остается? Правильно, умеючи уточку подсадную на воду спустить, как корабль, да на месте ее надежно закрепить — это три.

Ведь если улетит, будь она неладна, то придется хозяину полную стоимость птицы возмещать. Накладненько выйдет, ежели чего. А аренда дешевле — примерно 40% от этой суммы.

Так вот, чтобы утка не скрылась, я на ее лапку надел такой особенный браслетик, сделанный из кожи. А к нему уже заранее веревка привязана была. Поняла, Иринка? Все просто, уточку мы, как собачонку, закрепили. Веревочку примотали к колышку, который воткнули на берегу…

Помню, с твоим отцом, когда мы только осваивали премудрости весенней охоты, ой чудили! Привязывали подсадную так, что она лишь рядом могла плавать и на берег не выбиралась. Потом умные люди подсказали: чем естественнее себя уточка вести будет, тем лучше! То есть длина веревки и расположение колышка должны позволять крякве и двигаться свободно, и на сушу выходить, если захочет… А помнишь, Иринка, в чулане ты чучела уток находила?

— Конечно, — улыбается девочка.

— Так вот, они нужны для того, чтобы лишние деньги не тратить. Чучела тоже играют роль подсадных уток. Их необходимо разместить так, чтобы были на воде рядом с живой пернатой приманкой и вместе с тем на достаточном расстоянии, дабы она не могла дотянуться. А то вдруг начнет клевать, портить или еще чего?.. Мало ли какие мысли появятся в ее утиной голове? Ну а отцу твоему я самое ответственное дело доверил!

— Ружье нести? — выдыхает Иринка.

— Нет, двустволка у нас у каждого своя была. Папке твоему вручил манок, чтобы селезня еще и звуком привлечь. Вещь тоже важная, хоть и неприметная… Так как отец твой любит поспать, на охоту мы рано не пошли. Собрались уже ближе к вечеру… Я взял дробь «четверку», ну а папка твой — «тройку». Расставили «подсадных» искусственных, выпустили живых, уж и крикливые заразы оказались!

Подождали мы тогда с час, наверное, смотрим: садится самец кряквы чуток в сторонке от наших уточек. Не стали торопиться, пусть пообвыкнется, расслабится. Глядим: приближаться начал. Ну я первый выстрел твоему отцу доверил, и он не промазал. Через часок добыли второго селезня.

Этого нам на вечер хватило, ведь не ради забавы мы там были… безжалостно истреблять всех пернатых не хотели… Зато не с пустыми руками вернулись… Ладно, пойдемте уже домой спать… снег срывается…

Николай Майский, Тамбовская область

Голосов еще нет