Охота… за подсадной

Охота с подсадной уткой весной

Этот рассказ я услышал у костра на Аптуле. Своей историей со мной и другими спутниками поделился мой давний приятель Петр Смелов. «Охота с подсадной уткой весной у нас бывает редко. Дорогое это удовольствие и хлопотное, — издалека начал свое повествование Петр. — Зато те, кто подсадную имеет, держатся перед нами, охотниками с чучелами, гоголем. И по праву. Сколько раз и слышал, и читал, что стрельба с подсадной добычлива, интересна, а трофеи один к одному — и только селезни. Так вот, выпал счастливый случай отличиться и мне».

Драгоценная птица

— Наш механик из Северного Витя Савченко после долгих уговоров позволил поохотиться одну зорьку со своей любимицей — уткой редкой породы, — продолжил рассказ Петр. — Уж не знаю, какими путями такая подсадная попала в наши васюганские края. Только выслушал я целый короб наставлений и предупреждений вести себя так, чтобы с этой «крали», не дай бог, упало хоть одно перышко. Я, разумеется, обещал…

Не стану описывать, как вез на Аптулу эту девицу в плетеной клетушке, как то и дело прикладывал ухо к «темнице». Каждый раз убеждался, что уточка жива! Слышал, что она дышит и что-то там такое теребит!..

Охоту с подсадной уткой весной решил устроить на своем круглом озерце. Оно еще чем хорошо — не имеет открытого выхода на большие плесы, а добытых селезней, значит, не уносит ветром.

Приманка на позиции

Ну вот, еще в утренних сумерках выбрал прекрасное местечко и опустил за борт лодки конец утиной бечевки — с якорьком… Следом высадил на воду саму красавицу, привязанную к этой веревке.

— Давай охорашивайся и крякай погромче, — скомандовал я подсадной.

А сам спрятался в камышах. Устраиваюсь поудобнее да на свою напарницу ласково так поглядываю. А та искупалась, огладилась и поплыла… поплыла!..

«Да что же это? — всполошился я. — Не держит якорек?!». Схватился за весла, опустил их в воду. Выплыл пошустрее из камышей — и за уткой. Настигаю, а она… на крыло! У меня так и оборвалось все внутри… Была бы подсадная своя, а то чужая. «Вот влип так влип!» — подумал я.

Погоня за беглянкой

Уточка меж тем сделала над озеринкой низкий круг и села-таки на воду. Видать, и ей здесь поглянулось.

— Утя, утя! — зажвякал я, как самый влюбленный в мире селезень.

И помаленьку, потихоньку стал подплывать к коварной красавице. А она не подпускает! Сделали мы вдоль камышей один круг почета, пошли на второй…

А на открытых плесах Аптулы уже вовсю гремела канонада. Это мои коллеги, которым я вознамерился утереть носы, охотились проверенным способом — на чучелах…

«Но что же предпринять?» — задумался я. И догадался в конце концов переменить тактику — стал загонять подсадную в глухой угол с узким заливчиком.

Особенная лодочка

— Утя, утя! — подавляя поднимающуюся злость, как можно ласковее зову я драматическим шепотом беглянку, а сам — то наперерез, то обратно, то вперед, то назад. Маневры давались нелегко: я же был в лодочке, той самой…

При этих словах сидевшие у костра дружно разулыбались. Они-то знали, в чем тут закавыка. Для непосвященных поясним: этот обласок Петр Смелов сработал сам и, мягко говоря, не совсем удачно.

Лодочка оказалась страшно неустойчивой на воде и, чтобы не вертыхнуться из нее, приходилось непрерывно дергаться, как в танцах — шейке или твисте. Один охотник, попытавшийся объездить этот норовистый обласок, тут же выскочил на берег и спросил: «Какой дурак его сделал?».

«Я его смастерил, — улыбнувшись, сознался Петр и добавил. — Уметь надо». Только не уточнил, что именно: делать или плавать. Зато с тех пор из всех лодок, обычно оставляемых на берегу, Петрова имела явное преимущество — люди обходили ее сторонкой…

Завершение охоты

— Ну вот, — продолжал свой рассказ у костра Смелов, — загнал я уточку в заводь и, подтанцовывая, пошел на абордаж. И ведь почти достиг своего, но в последний момент зловредная уточка произнесла «Фыр!» и выскользнула из камышевой западни перед самым моим носом!

Только и успел разглядеть, что на ее ножке болтается размочаленный кончик бечевы. «Вот оно что! — смекнул я. — Пока вез подсадную на озеро, она, заволновавшись в чужих руках, даром время не теряла — «дербанила» клювом веревочку…».

И все же попытка «защучить» утку в узкой заводи обнадежила. Теперь я был готов ко всему и с третьего или четвертого захода все же изловчился ухватить взлетавшую через меня подсадную не то за хвост, не то за крыло. Признаюсь теперь: на воду при этом осыпалось не одно, а целая дюжина драгоценных перьев!

Зато утка, сыгравшая со мной такую злую шуточку, была в моих дрожащих от усталости и напряжения руках. Не мешкая ни секунды, сунул я птицу в клетушку и завязал веревочкой дверцу на два узла — намертво, без бантика.

Взглянул на часы — уже одиннадцать! «Какая уж тут охота, — вздохнув, подумал я. — Теперь поскорее на стан и с глаз долой — пока не выплыли друзья-товарищи да не подняли на смех». Так-то я славно поохотился… но не с подсадной, а за ней!

Юрий Рямов, Новосибирская область

Голосов еще нет