Первый добытый тетерев

добыть тетерева

Мое знакомство с косачом было абсолютно случайным и в общем-то абсолютно не запоминающимся. Свой охотничий путь я начинал без опытного наставника, самоучкой. Первым делом попытался добыть зайца. Мне доподлинно было известно, что в зимнюю пору это такой белый зверек с длинными ушами и коротким хвостиком. Его мог опознать сразу же.

Еще я знал, что водятся в наших местах лисы. Если бы их встретил, тоже не ошибся бы, поскольку неоднократно видел рыжих на картинках. Об остальной живности, населяющей окрестные леса и поля, я имел весьма смутное представление, в том числе и о тетереве.

Поначалу никак не реагировал на эту птицу, которая порой пролетала над моей головой. Впервые по-настоящему обратил внимание лишь тогда, когда отец случайно поднял стаю косачей с лунок. Мы с ним тропили беляка, след которого привел нас в довольно большой околок.

Я встал на номер, а отец пошел по кустарнику поднимать косого. Это был первый год нашей охоты, и ружье на тот момент имелось только у меня… И вдруг в морозной тишине случился взрыв!

С громким шумом из-за кустов в небо стремительно вылетело несколько черных торпед! Они моментально набрали высоту и очень быстро ушли в сторону леса. Оглушительный звук хлопанья тетеревиных крыльев при взлете тогда ошарашил меня, а стремительность, с которой птицы умчались вдаль, вызвала оторопь.

Долгий путь к успеху

Так я заинтересовался косачами и охотой на них. Однако эти пернатые вовсе не спешили попасть ко мне на обеденный стол. Я наматывал на лыжах десятки километров, но находил лишь покинутые лунки. Порой они были совсем свежие, порой — недельной давности и более, но всегда неизменно пустые (если не считать оставленного в них помета).

Первой своей охотничьей весной я предпринимал отчаянные попытки найти тетеревиный ток. Но и тут, несмотря на все приложенные усилия, меня постигла неудача.

Затем пришло лето. Я принялся осваивать премудрости охоты на сурка. С гладкоствольным ружьем это давалось непросто, но зато позволило отвлечься от провальных попыток добыть тетерева в прошедших зимнем и весеннем сезонах.

Лето сменила осень. Нас с отцом ждала первая охота на водоплавающую дичь. Мы изучали местные озера и болота, впервые пробовали привлечь утку чучелами. В общем, той осенью было не до тетеревов.

Но вот выпал снег, и опять начались мои поиски косачей. И вновь меня ждало разочарование! В ту зиму тетерева я так и не добыл, но зато стал прокладывать более осмысленные маршруты. Обнаружил несколько «курятников», как прозвали мы с отцом места обитания чернышей.

К концу этой зимы мне удалось разведать маршруты их утренних и вечерних пролетов. Я изучил «расписание» пернатых, отыскал места кормежек и ночевок. А весной наконец-то нашел тетеревиный ток!

К началу третьей зимы я уже был твердо уверен: долгожданный трофей возьму! И действительно, приобретенные опыт и знания дали свои результаты. Наконец-то стало получаться поднимать косачей с лунок!

Да, порой расстояние до взмывших в воздух пернатых было слишком большим. Иногда меня подводила техника стрельбы… Но, главное, я стал уверенно находить тетеревов на лунках! Это уже окрыляло и вселяло надежду.

Досадные казусы

Случалось, конечно, всякое. Так однажды уже во второй половине дня нашли с отцом тетеревиные лунки и пошли поднимать птиц. И вот, как всегда, неожиданно из-под снега передо мной вылетает косач! Вскидываю ружье и стреляю! Бах!

Полетели перья, тетерев резко идет вниз – попал! Опускаю ружье, по лицу расползается довольная улыбка: ведь вернусь домой не с пустыми руками! Но птица вдруг снова резко набирает высоту и летит в сторону леса. Поспешно вскидываюсь, стреляю и конечно же мимо! Выплевываю крепкое словцо и с грустью смотрю вслед скрывшемуся косачу.

Тут же буквально в пяти метрах от меня из-под снега появляются еще две тетеревиные головы. Они внимательно смотрят в мою сторону. А ружье-то не заряжено! Скидываю с руки перчатку, переламываю двустволку, достаю патроны… Но куда там! Дожидаться меня косачи, конечно, не стали и, подняв облако снега, вылетели с лунок…

В другой раз мы с отцом с утра отправились на поиски тетеревов. Прошли на лыжах уже несколько километров и добрались до мест ночевок косачей. Время близилось к половине десятого утра. Следовательно, в нашем распоряжении оставалось около получаса, затем тетерева уже вылетят на кормежку.

Мы разошлись, чтобы обхватить с двух сторон молодой подрост березы и пару околков, где могла ночевать птица. Иду, внимательно кручу головой в ожидании взлета чернышей. И тут замечаю, что в направлении отца над самыми верхушками молодого подроста движется стая тетеревов.

От меня до них далеко, не достанешь. Отца я не вижу, лишь предполагаю, где он должен находиться. Желая предупредить его, делаю два выстрела. Надеюсь, что черныши свернут к нему и он возьмет хотя бы одного влет.

И тут же, взметая снежный фонтан, в пятнадцати метрах от меня из сугроба взмывают еще четыре косача! А в моих руках разряженное ружье, не успел я еще достать новые патроны. Осталось только проводить пернатых недобрым взглядом.

Кстати, те тетерева, которых я заметил раньше, на отца так и не налетели. Он даже не сделал ни одного выстрела. Мне стало так обидно, хоть реви! Никогда я еще не возвращался с охоты с таким чувством обиды и разочарования, как в тот раз. Угрюмый и расстроенный, бродил по дому до самой ночи.

Наперекор судьбе

Ночью погода испортилась (под стать моему настроению), поднялся сильный ветер. МЧС даже объявило штормовое предупреждение, поэтому утром отец пытался отговорить меня от охоты. Но я был непреклонен: «глодала» досада за вчерашнюю неудачу, а предстоящая командировка откладывала на неопределенный срок дату следующей моей попытки добыть тетерева.

Во мне назрела какая-то злая решимость отправиться в угодья, несмотря на погодные условия, и ходить столько, сколько физически смогу, независимо от результата.

В тот день ветер действительно был сильный! Он гнул деревья, сразу заметал мою лыжню, наотмашь хлестал по лицу, обжигая щеки и заставляя глаза слезиться. Несколько раз резкие боковые порывы ветра сбивали меня с ног. Иногда он с такой мощью дул мне в лицо, что я не мог даже сдвинуться с места.

Несмотря на все мое желание, преодолеть сопротивление яростного воздушного потока не удавалось. Наоборот, приходилось собирать все силы, лишь бы самому устоять на месте, удержаться, не поддаться разбушевавшейся стихии и не быть опрокинутым.

Я был достаточно измотан к тому моменту, когда добрался, наконец, до одного из «курятников». Мне пришлось пройти на лыжах около восьми километров, борясь с сильным встречным ветром. Он уносил все звуки куда-то вдаль, делал их еле различимыми на фоне завывания непогоды и непрекращающегося, монотонного шума в ветвях деревьев и кустарника.

Наверное, поэтому мне показалось, что тетерев вылетел из лунки практически бесшумно. Не испытывая ни волнения, ни суетливости, которые прежде так часто охватывали меня при неожиданном появлении чернышей, я просто вскинул ружье и сделал выстрел. Видимо, сказались физическая усталость и эмоциональная опустошенность после вчерашних переживаний.

Тетерев кувыркнулся в воздухе и пробороздил снег, зарывшись при падении в сугроб. Я машинально закинул ружье за спину, подошел к своему трофею, достал его, отряхнул, посмотрел на краснобровую птицу…

Предвкушение триумфа

Только тут пришли радость и удовлетворение и от удачного выстрела, и от осуществленной мечты! Я был счастлив, что не остался с утра дома, не поддался хандре, а пересилил себя, преодолел сопротивление стихии и добыл своего честно вытоптанного косача!

До трассы нужно было пройти еще три километра, но в рюкзаке лежал добытый мною тетерев. Ветер, еще недавно злобно нападавший на меня, теперь, казалось, одобрительно гудел. Лыжи словно сами, без какого-либо участия с моей стороны везли к нужной точке.

Я представлял, как покажу своего первого добытого с лунки косача отцу и буду рассказывать о своих сегодняшних похождениях и точном выстреле за чашкой крепкого и вкусного чая, который обязательно заварит мама после моего возвращения.

Рисовал в воображении картины, как сын с интересом будет рассматривать принесенный домой трофей и аккуратно поглаживать ручкой иссиня-черные перья тетерева. А вокруг соберутся кошки, с любопытством тянущие свои мордочки к косачу и жадно вдыхающие новые для себя лесные запахи.

И не пугали меня ни ноющая боль в мышцах ног от совершенных за прошедшие дни многокилометровых прогулок, ни предстоящая разделка птицы, ни неизбежные сборы и дорога до города в ночь — по темноте и непогоде. Я шел вперед, совершенно не обращая внимания на сильный ветер, который тут же заметал оставленные мною следы, а на душе было солнечно и тепло…

P.S. Дома все случилось именно так, как мне и представлялось. Сын с интересом рассматривал добытую птицу, потом мы пили вкусный чай за обеденным столом. Я рассказывал об охоте, а кошки в это время дежурили возле оставленного у порога косача.

Затем была разделка тетерева, и от запаренной в кипятке птицы по дому разнесся аромат леса и приятный запах, словно от веника в бане, потому что зоб пернатого оказался до отказа набит березовыми сережками…

Евгений Горских, г. Барнаул

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 vote)