Таежные истории Игната Лукича

полосатый хищник

Бабье лето в Приморье удивительно. В начале сентября деревья зеленые, красные, желтые и выглядят очень нарядно. Птицы поют свои песни, и такая благодать вокруг! Дни теплые, жаркие, люди купаются и загорают. Детвору не выгнать из воды. Ребятишки знают, что скоро придется расставаться с летними радостями. Вечерами осень напоминает о себе прохладой.

В один из теплых сентябрьских дней пляж озера был заполнен людьми. В основном это собрались приезжие из городов и районов Приморья и Хабаровского края. Среди отдыхающих был и Петр Васильевич Громов. Он прилетел к своим друзьям издалека — из самой Москвы. Мужчина разменял четвертый десяток, но выглядел молодо, был крепкого телосложения, имел спортивный разряд по легкой атлетике. Работал в столичном зоопарке.

После купания в озере друзья начали готовить шашлык: ведь приятно на природе перекусить. Завели беседу о рыбалке, потом пошли байки про охоту. Солнце уже клонилось к закату, а приятели говорили наперебой.

Самые интересные истории рассказывал местный житель Федор. Он был охотником и дружил со знаменитыми тигроловами Трофимовыми. Москвич внимательно слушал, иногда задавал вопросы. Когда начали собираться домой, он обратился к Федору:

— Познакомишь меня с Трофимовыми? Очень уж хочется увидеть легендарных тигроловов.

Не раздумывая, Федор согласился:

— Ну что же… завтра попробуем, но придется идти в другое село, а это километров 15-20 по лесной тропе.

Утром друзья плотно позавтракали и отправились к тигроловам.

Встречи в пути

Вначале шли по распадку. Справа и слева тянулись разноцветные сопки. Высокая трава в иных местах была более метра в высоту. В траве что-то шуршало, попискивало, иногда лесные обитатели выпрыгивали на тропу. Сойки своим криком нарушали тишину леса. Вдруг на тропинку выбежал зверек, похожий на домашнюю темно-рыжую собачку.

— Хозяин где-то рядом, — сказал Петр.

Федор улыбнулся и тихо ответил:

— Это енот. Не шуми, он не любит громких окриков. Этот зверек миролюбивый и очень ленивый. Его можно легко догнать, накрыть чем-либо и поймать. Мясо енота в пищу не употребляют.

Начался пологий подъем, идти стало тяжелее. Распадок сужался, деревья ближе подступали к тропе. Лес встретил путников прохладой и ароматом хвои. Дул теплый ветерок, светило солнце, но в чаще было сумрачно, как будто уже наступил вечер.

Вершины могучих елей плавно качались, издавая особый гул. На некоторых кедрах висели шишки. Несколько из них лежало в траве. Друзья взяли по одной в руку. Шишки издавали приятный смолянистый запах. Петр Васильевич восхитился их ароматом. Руки его покрылись смолой, и он пытался оттереть их платочком.

— Не стоит, лучше возьми землю. Хотя идеальное средство для этого — растительное масло, — сказал Федор.

Зачерпнув горсть земли, он начал оттирать смолу с рук. Петр последовал его примеру. Они продолжили путь. Москвич шел впереди, потом вдруг резко остановился. Справа от него копошилась стая рябчиков.

— Не пугайся: это выводок, — успокоил Федор. — Рябчик высиживает до 20 и больше птенцов. Красивая и полезная птица, мясо очень вкусное…

Подъем становился все круче. Выбрав упавшее дерево, друзья сели передохнуть. Вокруг стояла удивительная тишина. Внезапно что-то зашуршало вверху на дереве. Петр поднял голову и увидел красавицу-белочку. Она сидела на ветке и старательно очищала кедровую шишку. Заметив людей, застрекотала, как бы говоря: «Чего расселись, пора орешки на зиму заготавливать!».

Столичный гость поднялся, чтобы ближе подойти к труженице. Белочка заголосила еще громче и прыгнула на соседнюю ветку, уронив шишку. Петр поднял ее и увидел, как тщательно она была обработана. Орешки, как куколки, выглядывали из гнездышек. Мужчина поблагодарил белку, а шишку положил в карман, объяснив:

— Этот сувенир я увезу в Москву, покажу коллегам. Вот уж они удивятся, как тщательно белка очищает орешки.

Отдохнув, друзья продолжили подъем. В десяти метрах от тропы Петр увидел дерево, украшенное красивыми гирляндами, и удивленно спросил:

— Что это за чудо? Откуда в сентябре новогодняя елка? Ее лесные люди нарядили?

Федор рассмеялся и объяснил:

— Это лимонник поспел, вот и украсил елку. Давай подойдем, сорвем ягод, они силы придают и усталость снимают.

Угощение так понравилось Петру, что он ел горстями, сожалея, что не захватил корзину или пакет. По дороге приятелям встретился большой куст дикого винограда. Но ягоды были еще недоспелыми и кислыми. Друзья не стали задерживаться и отправились дальше. Впереди их ожидало немало интересных встреч.

Спустя полчаса они вышли на небольшую поляну, заросшую хвощом. Федор замедлил шаг и придержал за руку Петра. Они остановились, перед ними предстала удивительная картина: на поляне паслись дикие кабаны, а чуть в стороне от семейства стоял огромный секач. Он был черно-бурого цвета, два клыка выступали из огромной длинной морды.

Зверь поднял вверх голову, прислушиваясь. Блеснули длинные клыки, будто бивни слона. Кабан издал звук, и семейство мгновенно исчезло. Друзья стояли, не шевелясь. Они были очарованы зрелищем.

— Да, с таким стражем лучше не встречаться, — промолвил Федор и стал рассказывать Петру Васильевичу случай из своей охотничьей жизни.

Кабан — зверь непредсказуемый

— Пошел я как-то в тайгу за рябчиками. Было у меня с собой с десяток патронов, заряженных мелкой дробью. Побродил по мелколесью, потом вышел на поляну и, что называется, «нос к носу» столкнулся с табуном диких кабанов. Они бросились врассыпную, а секач поднял вверх голову, втянул в себя воздух и бросился на меня.

Встретиться в лесу с таким противником опаснее, чем с медведем. Стрелять по кабану дробью бесполезно, его и пулей трудно свалить. Спасение одно — забраться на толстое дерево, так как тонкое он может легко перегрызть.

На мое счастье, в десяти метрах рос огромный ильм. Я быстро бросил у дерева ружье и молниеносно взлетел по сучьям метров на пять. Секач с разгона ударился о ствол, который сильно качнуло. Я еле удержался, обхватив ильм обеими руками.

Кабан еще несколько раз атаковал дерево, а потом начал рыть землю вокруг своим длинным рылом. Грунт летел во все стороны, как от ножа бульдозера. Я испугался, что вепрь подкопает корни и ильм упадет. Тогда уже не спастись.

А кабан все продолжал рыть землю, будто заведенный. Мне стало не по себе. С ножом на секача не пойдешь, но клинок в руке придал уверенности. Я срезал крупную ветку, очистил от листьев, получилась хорошая палка. Увесистый сук попал по хребту секача, но животное не обратило внимания и продолжало рыть.

Положение мое было незавидным. Сняв с головы картуз, я с силой метнул его в кабана. Секач, видимо, учуяв запах человека, набросился на мой головной убор и начал с остервенением рвать и топтать ногами. Как только с картузом было покончено, зверь возобновил свое зловещее дело. Я снял куртку, скомкал и швырнул вниз. Кабан тут же растерзал ее. Минута — и от моей верхней одежды ничего не осталось.

Чем же еще отвлечь это чудовище? Вытащив один патрон, пульнул его в секача. Но тот ничего не ощутил. Тогда я снял патронташ и швырнул им в злодея. Кабан фыркнул и набросился на новую цель. Вкус металла, видимо, не понравился зверю. Он постоял немного, но раздумывал недолго. Подняв рыло вверх и увидев там жертву, принялся с еще большей яростью рвать и топтать патронташ. Через минуту от толстого ремня ничего не осталось.

В ярости секач наскочил на ружье, лежавшее в трех метрах от дерева. Запах дыма из стволов, видимо, привел животное в смятение. Вначале косматое чудо отскочило от ружья, но затем набросилось на ненавистный предмет. Деревянный приклад с хрустом разлетелся на куски. Ногами кабан запутался в ремне, стукнув себя по голове стволом. Удар был сильный.

Вепрь взвизгнул, и это придало ему злости. Ухватив ружье за середину ствола, начал грызть его, пытаясь перекусить. Пена из пасти летела большими хлопьями, но металл был кабану не по зубам. Пришлось ему бросить оружие.

На мое счастье, в этот момент в небе блеснула яркая молния, и гром с пронзительным раскатом разнесся вокруг. Зверь испугался, отпрыгнул в сторону и скрылся в густом ельнике. Долго я сидел еще на дереве, приходя в чувство. Мне все казалось, что противник затаился в лесу и ждет, когда спущусь вниз. Но вокруг было тихо. Пошел сильный дождь. Я изрядно промок, но не слезал со спасительного ильма. Боялся, что секач караулит в лесу, тогда мне уже будет не спастись.

Нужно было что-то предпринимать. Осторожно спустившись с дерева, я прислушался. Надрывно кричала птица. Я поднял изуродованный ствол ружья и, опираясь на него, как на костыль, побрел к поселку. На меня навалилась такая усталость, что с трудом передвигал ноги.

Дождь вначале был сильный, а потом внезапно прекратился, как это случается при грозе. Выглянуло солнце, и мокрая трава заискрилась серебряным бисером. Запели птички, лес вновь ожил, наполнился шорохом и стрекотаньем кузнечиков…

Вот такие бывают встречи. Кабан — зверь серьезный и весьма непредсказуемый.

Вскоре лес закончился, и путники вышли на простор. Впереди, насколько хватало глаз, простиралось ровное поле, на котором паслось огромное стадо овец… Перевалив через небольшую возвышенность, приятели оказались в густой калиновой роще. Огромные кисти красной, как кумач, ягоды свисали с веток, пригибая их низко к земле.

Петр, отправив в рот горсть калины, воскликнул:

— Что же это за чудесный край!?

Федор ответил, что после первых морозов ягоды будут сладкими и из них сельчане начнут готовить напитки, полезные для укрепления здоровья.

Дом тигролова

Роща подступала к небольшому селу. Вправо и влево от главной улицы отходили ответвления, которые вели к ферме, кошаре для овец, озеру. Людей поблизости видно не было. Федор пояснил, что жители находятся в поле на уборке урожая.

Приятели подошли к дому тигролова Игната Лукича Трофимова. Жилище было добротное, сложенное из кругляка. Навстречу вышла женщина, на первый взгляд, не старше 50 лет. Позже выяснилось, что ей уже все 60. На вопрос Федора, где Лукич, хозяйка ответила:

— На пасеке. Уехал вчера, вернется через неделю. Да вы проходите в дом.

Путникам вначале показалось, что они вошли в музей. Прихожая была просторной и чистой, вдоль стен — широкие деревянные лавки. На специальных подставках установлены чучела птиц. Казалось, что они живые и вот-вот взлетят. Особенно выделялся петух-фазан с грациозно поднятой головой и пушистым длинным хвостом. Рядом сидела курочка, но по сравнению с самцом смотрелась маленькой и неказистой.

Гордо подняв голову с красным гребнем, стоял смолянисто-черный глухарь, а возле него в траве затаилась пестренькая «подруга». В уголке комнаты красовалась белая цапля на тонких длинных изящных ножках. У окна занял место журавль, изящно вытянувший шею. Белый лебедь и дикий серый гусь дополняли чудесную композицию.

Полюбовавшись шедеврами, друзья перешли во вторую комнату. Здесь были чучела зверей. Посреди комнаты стоял местный царь зверей — дальневосточный амурский тигр. Петр долго не мог оторвать взгляда от властелина приморской тайги. Хозяйка пояснила, что его Лукич нашел в лесу застреленным. Были здесь и чучела других диких зверей, но на фоне тигра они выглядели не так ярко.

На стенах висели рога изюбря и дикого барана. Федор пояснил, что в тайге без труда можно найти такие «украшения» благородного оленя, ведь в определенное время он их сбрасывает.

— Кто же все эти шедевры сотворил? — задал вопрос Петр.

— Да все сам Лукич вместе с другом из соседнего села. Он художник, когда-то в городе проживал. Да, видимо, наскучила суета, вот и возвратился в родные края. Зимой времени больше, поэтому и творят они своих любимцев, — пояснила хозяйка.

— А как же рога дикого барана удалось раздобыть? — спросил Петр.

Женщина взглянула на гостя и поинтересовалась:

— А Вы что — из приморцев?

— Да нет, но я знаю, что это животное водится в труднодоступных местах и увидеть его редко кому доводилось.

— Лукич рассказывал, что заметил высоко на скале двух диких баранов. Видимо, они выясняли отношения, но один оказался проворнее и сбросил в обрыв своего противника. Животное рухнуло в ущелье с высоты более 50 метров. Там и отыскал его Лукич.

Гости долго любовались шедеврами, сотворенными руками добрых людей. Хозяйка пригласила их отобедать. Она угостила прекрасным домашним борщом, сметаной с творогом и холодным квасом, настоянным на приморских травах.

— Такого в Москве нигде не найдешь! — заявил Петр.

Поблагодарив хозяйку, гости попрощались и поспешили к Игнату Лукичу.

Красоты осенней природы

Пройти нужно было около четырех километров. Вначале шли по ровному полю. Трава уже начинала желтеть, но кое-где встречались зеленые кусты с голубыми мелкими цветочками. Федор пояснил:

— Это таволожка. В конце лета она остается почти единственным материалом для сбора пыльцы и нектара для пчел.

Проселочная дорога была хорошо наезжена, местные жители ею часто пользовались. Постепенно путь вел вверх — на сопку, поросшую величавыми кедрами, медоносной липою, стройными кленами и белой березой, которая смотрелась особо нарядно на фоне хвойного леса. Осина, клен и дикий виноград начали облачаться в праздничные осенние одежды. Из травы выглядывали большие белые шляпки грибов.

Потом дорога пошла на спуск, путники вошли в распадок. Солнце закатилось за верхушки. деревьев, в лесу стало сумрачно, будто вечер наступил. Приятели заметили огромный пень, почти до половины усеянный желто-белыми грибами. Их было так много, что, если все сорвать, они не поместятся даже в самую большую корзину.

— Что за чудо-грибы на дереве? — спросил Петр.

— Это ильмаки. Они очень вкусные жареные, но для засолки не пригодны. А то можно было бы с одного дерева наготовить на всю зиму, — ответил Федор.

Дальше дорога пошла по распадку, густо заросшему шиповником. От обилия красных ягод все вокруг переливалось. Федор проговорил:

— Осенью тайга наряжается, как невеста перед свадьбой. Будь я художником, непременно нарисовал бы такую картину, но боюсь, что никакого полотна не хватит.

Вдоль дороги тихо журчал ручеек, перекатывая мелкую гальку. Вода в нем была настолько прозрачная, что были видны желтые камешки на дне.

— Далеко еще? — спросил Петр.

— Да нет, пройдем метров 200, потом будет поворот вправо. А там уже рукой подать, — ответил Федор.

На пасеке

Вскоре перед путниками открылась широкая поляна, на которой, словно маленькие избы, рядами стояли пчелиные ульи. На возвышенности находился небольшой жилой дом. К приятелям с громким лаем бросилась здоровенная собака Джина. Федор окликнул ее, и она сразу успокоилась, узнав знакомого человека. Зато дворняжка по кличке Дружок еще долго звонко гавкал.

Дверь в доме распахнулась, и навстречу гостям вышел крепко сложенный человек в белой длинной холщовой рубахе. Лицо его украшала пышная борода. Мужчина чем-то походил на былинного богатыря. В руках он держал что-то наподобие маленького ящичка, из которого струйкой выходил дымок.

Хозяин с улыбкой поздоровался с гостями. Федор представил Петра Васильевича. Лукич и москвич обменялись крепким рукопожатием. Петр ощутил незаурядную силу нового знакомого.

— Вот решили со столичным гостем проведать тебя, Лукич. Показать нашу приморскую тайгу-красавицу. Примешь? — улыбаясь, спросил Федор.

— Да я только рад буду, вот только пчелам сиропа подолью в лотки. А вы проходите в дом, я мигом управлюсь.

И, раздувая дымарь, с ведром направился к ульям.

— А зачем он так делает? — удивился Петр.

— Это нужно, чтобы пчелы успокоились, когда Лукич будет наливать им в лотки сироп, — пояснил Федор.

Друзья вошли в домик, состоявший из двух комнат. В первой находился инвентарь: бак, несколько молочных фляг и эмалированных ведер. В углу — стол и лавка, а чуть в стороне — широкая табуретка. Петр заинтересовался агрегатом с ручкой. Федор рассказал, что это медогонка.

Во второй, более просторной, комнате имелись широкая скамья и старое добротное кресло возле стола, на котором лежали стопка газет и книга о пчеловодстве. Две кровати были застланы одеялами, рядом располагался широкий диван. Пол устилала душистая трава. Вся обстановка создавала уют и навевала мысли об отдыхе.

Незабываемое угощение

Вскоре появился хозяин, предложил гостям располагаться, а сам пошел готовить ужин, пообещав:

— Я вас накормлю сегодня таким супом, которого вы ни в одном столичном ресторане не попробуете!

Приятели разомлели, руки и ноги налились приятной тяжестью, глаза сами закрывались. Петр подошел к окну, сел на лавку и стал смотреть в окно. С улицы был слышен голос Лукича, который хлопотал у костра, разговаривая с Джиной и Дружком. На дворе уже стемнело, комната наполнилась вечерними сумерками.

— Почему не зажигаете свет? — проговорил вошедший хозяин и включил настольную лампу.

— Откуда у Вас электричество? — удивился Петр Васильевич.

— Я привез большой аккумулятор, — пояснил Лукич. — Очень удобно вечером, можно радио послушать, почитать газеты. Проходите, гости, на улицу, будем ужинать. На улице сейчас благодать: комары не докучают, да и мошки мало.

Гости вышли из домика. Под роскошным деревом стоял большой накрытый стол, освещенный электричеством. Чуть в стороне, растянувшись во весь свой огромный рост, лежала Джина. Рядом прыгал Дружок, приглашая ее поиграть с ним, но она не реагировала. Собака к чему-то прислушивалась, шевеля длинным хвостом.

— Джина чует зверя, наверное, медведь бродит где-то рядом. Вон как она бьет хвостом по земле, — сказал хозяин. — Да вы присаживайтесь за стол!

И начал разливать суп по большим глиняным чашкам. Из кастрюли шел такой аромат, что друзья не заставили себя долго упрашивать. Блюдо оказалось таким вкусным, что гости быстро все съели. На второе была жареная форель. После ужина Петр спросил:

— Игнат Лукич, откройте секрет, что за суп? Я никогда не ел такой вкуснятины!

— Форелью вас не удивишь. Зато в ресторане супа этого не отведаете! Завтра пойдем на рыбалку, тогда и увидите, из какого мяса он был сварен.

Набеги медведицы

Столичный гость не стал больше надоедать хозяину вопросами, радуясь предстоящей перспективе. Но идиллия была внезапно прервана. Джина вдруг зарычала и бросилась в темноту. Дружок последовал за ней с громким пронзительным лаем. Лукич приказал им вернуться. Большая собака с неохотой подчинилась команде, потом подтянулась и дворняга, продолжающая гавкать.

— Опять медведица появилась! — проговорил Игнат, освещая ульи и подходы к ним электрическим фонарем.

Сходил в дом за ружьем и выстрелил в воздух. Будто гром разнесся по тайге, отражаясь эхом среди сопок.

— Вот, шельма, мало того, что один улей утащила, так снова заявилась, — посетовал Лукич. — На прошлой неделе приходила, да не одна, а с пестуном и двумя малышами.

Пасечник стал рассказывать о набегах медведицы. Неделю назад она унесла целый улей и бросила его разоренным на берегу ручья. На сырой глине четко отпечатались следы лап всего семейства.

По мнению Игната, странным было то, что хищница не прогнала пестуна. Ей нужно малышей кормить, а тут еще взрослый нахлебник. Правда, пестуны иногда выполняют роль няньки. Когда медведица уходит на охоту, малыши остаются без присмотра. Они могут заблудиться и выйти к людям.

А тут старший «брат» — помощник и защитник. Далеко не отпустит и в обиду не даст. Иногда пестун помогает матери кормить медвежат. Заберется на кедр, ломает ветки с шишками и бросает их вниз, а малыши подбирают.

Если охотники с собаками выходят на такую семью, «пушистые детеныши» спасаются на деревьях. А медведица вступает в борьбу. Может пойти на хитрость — заманить псов в мелкий густой кустарник и там расправиться с ними.

Хищнице приходится защищать своих малышей и от взрослых медведей, и даже от их «отца». В этих случаях она приходит в такую ярость, что редко какой самец решится приблизиться к семейству.

От волка и тигра медвежата могут уберечься, спрятавшись на дереве. Нет спасения только от коварной рыси. Этот зверь прекрасно лазает по деревьям, легко перепрыгивает с одного на другое. С медвежатами рысь расправляется просто — сбрасывает их вниз, а потом на земле забирает свой трофей.

Маленькие косолапые могут стать жертвами и харзы. Этот небольшой, но очень агрессивный зверек хорошо лазает по деревьям, быстро передвигается по земле. Харза охотится на кабаргу, на молодых коз и даже на юных поросят. Прыгает жертве на спину, цепко впивается когтями и пускает в ход зубы. Сбросить хищницу практически невозможно.

— В общем, хоть медведь и считается хозяином тайги, но врагов у него очень много, — заключил хозяин.

Самые красивые кошачьи

Ужин затянулся до поздней ночи. Ярко горел костер, на небе мерцали звезды. В лесу грозно кричал филин, нарушая тишину. На свет огня слетелись ночные бабочки, приблизилась и сова, но, подпалив свои длинные перья, умчалась в лес. Вечер был похож на волшебную сказку.

Гости слушали пасечника и восхищались его добротой и благородством. Лукич печалился, что медведи утащили улей с медом, но не стал стрелять в зверей, а пальнул вверх. Когда сова подлетала к костру, хозяин встревожился:

— Куда же ты, непутевая?! Ведь в огонь угодишь, погибнешь!

Он жалел мотылей и бабочек, порхающих среди языков пламени. Хвалил пчел за трудолюбие, называл их самыми совершенными существами на планете. Лукич заговорил и о тиграх, обращаясь к Петру:

— Вот вы городской человек, ходите в цирк, в зоопарк, чтобы посмотреть на зверей. А не задумывались, каково им живется в клетке, в неволе? Я посмотрел на хищников в зоопарке и ужаснулся: какие они там жалкие, в глазах — пустота. Когда я получаю задание отловить какого-то зверя, мне становится тяжело. Зачем лишать его привычной среды обитания?

Уссурийский тигр — самый красивый из семейства кошачьих. Маленькие зверята остаются с матерью до двух лет. Семейство из трех-четырех тигров образует отдельную группу. Они вместе охотятся, в мире и согласии питаются. Если месячные тигрята остаются без матери, то делаются ручными, могут привязаться к человеку, хорошо поддаются дрессировке.

Сейчас полосатые хищники переживают не лучшие времена. Из-за большой вырубки леса уменьшается поголовье изюбрей, кабанов и коз, которыми питаются тигры. В тайге они живут лет до 15-20.

С косолапыми обычно не враждуют. Белогрудый медведь уступает по силе взрослому тигру, а поэтому старается не встречаться с ним. А вот если забредет с севера бурый мишка, то он уже может дать бой. И не всегда властелину приморской тайги удастся одержать победу, — заметил Лукич.

Схватка

— Расскажу одну историю, — продолжил пасечник после небольшого перерыва. — Известно, что наш тигр считает своей вотчиной территорию до 500 квадратных километров и ни с кем делиться владениями не намерен… Но однажды забрел к нам бурый северный медведь. Был он огромный, более полтонны весом.

Тигрица с подросшими детенышами добыли оленя, а во время трапезы явился к ним этот «топтыгин». Незваный гость чувствовал силу и сразу направился к лежавшму мясу. Такой наглости полосатые хищники не потерпели. Один из них бросился на спину медведю, пытаясь длинными зубами достать до позвоночника. Но шерсть на загривке косолапого была слишком густой и длинной. Клыки лишь пробили толстую кожу.

Мишка взревел и затрясся всем корпусом, но тигр держался крепко. Тогда медведь упал на спину и стал кататься. Наверное, ему удалось бы сбросить с себя врага, но тут подоспел второй тигр и вцепился «гостю» в живот. В ярости «топтыгин» сильным ударом лапы отшвырнул этого нового противника.

Оставался тигренок сзади, которого медведь, превозмогая боль, сбросил с себя. В это время в драку включился и третий полосатый «подросток». Борьба закипела с новой силой. Медведь лапой распорол одному из врагов бок, но два других продолжали схватку.

Рев четырех зверей огласил тайгу. Раненый тигр, истекая кровью, вновь бросился на мишку, но опять получил сильный удар и отлетел в обрыв. Оставшиеся огромные «кошки» нападали на пришельца с еще большей яростью.

И «топтыгин» сдался. Он почувствовал, что не справится с ними. Выбрав момент, когда тигры ослабили напор, косолапый пустился наутек. Израненные полосатые звери не стали его преследовать. Спустя некоторое время они успокоились и вернулись к своему пиршеству.

Медведь-неудачник, припадая на поврежденные конечности, удалился в распадок. Укрывшись там, начал зализывать раны. Долго приходил в себя, а когда попытался встать, то не смог — обе передние лапы были сильно травмированы. До утра он лежал без движения.

На запах крови прилетели вороны. Вначале уселись на дерево и, видимо, держали совет: жив медведь или мертв. Кровь, оставленная на снегу, притягивала их. Наконец, самая смелая птица уселась перед мишкой. Тот фыркнул, птица отпрыгнула, но не улетела.

Медведь хотел встать, но острая боль пронзила его, и он заревел. Вороны от неожиданности взмыли в воздух, но, убедившись, что зверь продолжает лежать, вновь уселись на дереве. Однако полакомиться им так и не удалось. Несколько дней мишка восстанавливал силы в густых зарослях, а когда почувствовал, что может идти, вернулся на север — в свои родные края.

А тигры долго пировали. Покончив с добычей, они ушли на юг — к морю, где к осени собираются кабаны. В сентябре на мелководье появляется много отметавшей икру рыбы, а это хороший корм для диких свиней. Они, в свою очередь, становятся легкой добычей для тигров.

Осенью семейство полосатых хищников распадается. Выросшие звери отправляются на поиск своей территории. Мне много раз приходилось встречаться с тиграми. В спокойной обстановке хозяин уссурийской тайги не опасен…

Странный сон

Время подходило к полуночи, и хозяин предложил гостям отдохнуть. Петр Васильевич готов был слушать таежные истории до утра, но Федор поднялся из-за стола и направился в домик. Москвич задержался и обратился к пасечнику:

— Игнат Лукич, а приходилось вам увидеть леопарда? Это ведь тоже редкий зверь, а по красоте, наверно, не уступает тигру?

— Приходилось не только увидеть, — ответил хозяин с доброй улыбкой. — Если останетесь на пасеке погостить, тогда и расскажу…

— Да я хоть на неделю! — с радостью выпалил москвич и направился вслед за Федором в домик.

Напарник уже сладко похрапывал. Петр быстро разделся и последовал его примеру. Уснул быстро, и приснилось ему, будто оказался в диких джунглях и пробирается по крутому склону. Вокруг — густые заросли, порхают красивые, диковинные, птицы.

Пытаешься подойти к ним поближе, чтобы лучше рассмотреть, а они все выше и выше поднимаются в горы. Неожиданно раздалось громкое рычание. «Тигр!» — мелькнула мысль. В страхе Петр проснулся и открыл глаза.

Приглашение на озеро

В окно светило яркое солнце. С улицы доносилось рычание Джины, видимо, Дружок надоел ей со своими играми. Тихонько скрипнула дверь, и в комнату вошел Федор с полотенцем в руках.

— Как спалось? — обратился он к Петру. — Вставай, Лукич уже приготовил завтрак! Приглашает сходить на рыбалку. Ты не против?

— Да я давно мечтал побывать половить в таких красивых местах! — воскликнул Петр, быстро вскакивая с кровати.

Яркое осеннее солнце встретило его на улице. Лукич колдовал над ульями, пчелы спешили взять с последних цветков живительный нектар. Джина с Дружком играли в свои собачьи игры, в кустах распевали птицы на разные голоса. Из тайги доносился монотонный звук, будто кто-то строчил из пулемета. Это дятел освобождал деревья от вредных личинок и червей.

Как же красиво было вокруг! В воздухе разливался аромат липы. У Петра мелькнула мысль: «Не остаться ли навсегда в этом райском уголке Приморья?». Вспомнил Москву, шум и суету большого города, спертый воздух от выхлопов автомобилей. Скоро закончится отпуск, и снова по утрам нужно будет спешить на работу, а вечером толкаться в переполненном метро…

Голос Лукича, приглашавшего полюбоваться на пчел в открытом улье, прервал мысли Петра. Надев накомарник, гость подошел и взглянул на рамку с сотами. Он поразился обилию насекомых. Хозяин встряхнул рамку, и она засияла золотистым цветом от капелек меда.

После вкуснейшего завтрака, состоявшего из жареной форели с молодой картошкой и чая с лимонником, приступили к приготовлениям для рыбалки. Решили побродить по небольшой речке, а после отправиться на озеро. Лукич облачился в прорезиненный костюм, а гостям выделил сапоги с длинными голенищами.

Петр приготовил фотоаппарат, очень хотел запечатлеть процесс рыбалки и похвастаться перед москвичами. Джина и Дружок увязались было следом, но Лукич приказал им сторожить пасеку. Собаки с неохотой вернулись…

Рыбаки поймали с десяток хариусов и ленков. Попались на глаза и две черепахи. Тут Лукич и открыл секрет, из какого мяса варил свой суп. Петр удивился:

— Я и не знал, что блюдо из черепахи может быть таким вкусным!

Половив на озере до полудня, рыбаки возвратились на пасеку. Собаки встретили их веселым лаем, особенно радовался Дружок. Он так крутился под ногами, что Федор нечаянно наступил ему на лапу. Пес взвизгнул, отбежал в сторону и до самого дома плелся на расстоянии от хозяина, показывая, что сильно обиделся.

Самодельная «сигнализация»

На пасеке друзей ожидал неприятный сюрприз. За время их отсутствия тут побывало медвежье семейство. Они успели только сорвать крышку с крайнего улья. Помешали им собаки, а возможно, раннее возвращение людей.

— И что делать? — расстроился Лукич. — Теперь вряд ли оставят пасеку в покое. Застрелить медведицу нельзя, без нее детеныши погибнут. Придется идти в деревню и брать у Прохора еще двух собак. Одной Джине тут не справиться. Но уживутся ли они вместе? Да и псы Прохора могут задавить маленьких медвежат, а этого нельзя допустить…

— Сегодня нужно огородить пасеку проволокой с трех сторон, — подумав, сказал хозяин. — На проволоку привяжем «громыля» из консервных банок. Это будет сдерживать медведей. Вечером со стороны леса можно зажечь старые автомобильные покрышки. Они сильно дымят, чего звери не любят.

Обед прошел в спешке. До вечера нужно было успеть многое сделать. Федор и Петр принялись сооружать «крепость» вокруг пасеки. Лукич начал разделывать пойманную рыбу и готовить суп из черепахи. К вечеру работа была выполнена.

Опробовали проволочное заграждение, получилось неплохо. Стоило в каком-либо месте задеть его, все банки приходили в движение и создавали шум. Первым испытал эту «сигнализацию» Дружок: как только он пролез под проволокой, раздался сильный звон.

Новая рыбалка

У Лукича было много дел, а Петр очень хотел еще посидеть с удочкой. Друзья решили пойти одни. Подойдя к озеру, москвич заметил на берегу светлую птицу, которая расхаживала по траве и как будто искала что-то, наклоняясь к воде.

— Это белая цапля, она питается мелкими рачками и лягушками, — пояснил Федор. — Птица красивая и очень доверчивая, подпускает к себе метров на десять. Охотники ею не интересуются, ведь она в Красной книге. Сколько изящества и гордости в движениях цапли. Польза от этих птиц большая — очищают озера от излишних насекомых.

Друзья поймали несколько карасей и сазанов. Всю мелкую рыбу отпускали обратно. Потом пошли вдоль озера, любуясь плававшими дикими утками. Неожиданно из камыша показались две белые большие птицы.

— Это лебеди, появились на озере два года назад, — сообщил Федор.

— Откуда ты все знаешь? — удивился Петр.

— Читаю литературу, — улыбнулся напарник.

— Тебе нужно преподавать в университете! — восхитился москвич.

— Я просто люблю и животных, и птиц, — ответил Федор.

Таймень

Приятели подошли к речке. Солнце уже склонилось к закату, и нужно было успеть до темноты порыбачить. Забросили удочки, Федор поймал небольшого ленка. Потом вытянул хариуса, а Петру все не везло. А когда москвич неожиданно выловил ленка, то радости не было предела.

Незаметно стемнело. Федор несколько раз напомнил, что пора заканчивать рыбалку. Петр начал сматывать удочку, но леска вдруг натянулась, удилище выгнулось. Он подумал, что зацепил крючком за камень. Ослабил леску, но удилище дернулось и чуть не вырвалось из рук.

Петр понял, что клюнула рыба, и начал осторожно подтягивать ее, плавно сматывая катушку. В трех метрах от берега увидел на крючке гиганта, который в воде казался бревном. Но «коряга» так била хвостом, что брызги летели в разные стороны.

У Петра вырвался возглас восхищения, услышав который, прибежал напарник. Даже его, опытного охотника и рыбака, поразили размеры тайменя. Федор понял, что вытащить из воды такого великана будет непросто. Посоветовал Петру не беспокоить тайменя, а просто плавно водить удилищем, чтобы утомить рыбину.

Сам Федор разыскал подходящую валежину, чтобы подцепить сучком за жабры. С первой попытки это не удалось. Оглушить рыбу никто и не пробовал. Этот метод не надежен, в воде удар будет слабым. Дернувшись, таймень оборвет леску, и тогда прощай богатый трофей!

Изловчившись, Федор все же подцепил рыбину и помог вытащить на берег. Она была около полутора метра длиной и весом не менее 15 килограммов. Счастливый Петр объявил, что остается у Лукича на пасеке до окончания отпуска и каждый день будет ходить на речку с удочкой.

Время на берегу пролетело мгновенно. На небе ярко мерцали звезды, светила луна. Собрав свое имущество и захватив рюкзак с добычей, приятели направились к дому. Свой трофей Петр нес в руках, гордо шагая впереди Федора. Когда подошли к пасеке, им навстречу с громким лаем выскочили собаки. Лукич встретил друзей вопросом:

— Что так задержались?

Увидев Петра с его трофеем, заулыбался и промолвил:

— Поздравляю!

Над костром в котелке варился суп, от него шел вкусный запах, а на столе на блюде, накрытом белым полотенцем, виднелись хвосты жареной рыбы. Только теперь ребята почувствовали, что проголодались. Без приглашения они сели ужинать. Разливая по тарелкам суп, Лукич спросил:

— Теперь знаете, из какого мяса он сварен?

— Конечно! — ответил Петр. — Теперь я буду называть его «суп Лукича». На следующий приезд сразу попрошу приготовить мне это блюдо из черепахи.

Потом пошли рассказы о рыбалке. Петр все еще не мог успокоиться и поверить в свою удачу. Лукич, улыбаясь, посматривал на гостей. Потом он рассказал, что, когда еще был ребенком лет 7-8, с друзьями часто ходил на это озеро рыбачить. В нем всегда водились караси, карпы, сазаны.

Озеро привлекало тем, что летом там вода всегда была теплой. А рыбачили в основном на речке. Однажды на удочку попался огромный таймень. Дети вытащить из речки его не смогли, пришлось бежать в село и звать взрослых.

— А был случай, когда мы с ребятами поймали большущего сома, — добавил Лукич. — Решили выпотрошить на месте, чтобы легче были нести. Печень поджарили на костре, начали делать из мяса шашлыки на палочках, с черемшой очень вкусно. Жаль, что ее уже нет осенью. А то приготовил бы тайменя с этим растением — просто объедение. Я вам, Петр, к отъезду закопчу тайменя, угостите москвичей дальневосточной рыбой.

А завтра тройную уху сварим. Мне нужно отлучиться в деревню, вы будете и за хозяев, и за поваров. Рецепт очень прост. Вначале в кипящую воду положите карасей, варите их 10-15 минут. Потом вынимаете, кладете голову тайменя и готовите ее с четверть часа. Затем вытаскиваете и последними опускаете ленков. Их нужно варить минут 10. Вода должна быть слабо соленой. Можно добавить картошку и специи, но это не обязательно. Если бульон останется, за ночь остынет и будет похож на заливное — значит, уха удалась!

Неожиданно в дальнем углу пасеки послышался звон банок. Собаки бросились к месту шума.

— Ну вот, гости пожаловали, теперь не дадут покоя! — сказал Лукич. — Завтра пойду в деревню за собаками, Джине одной с медведями не справиться.

Хозяин пошел в домик и вышел с ружьем, но стрелять не стал. Через некоторое время вернулись Джина с Дружком. Лукич произнес:

— Помогло наше заграждение, ушли разбойники.

За столом наступила тишина. Пасечник подбросил охапку хвороста в огонь, и костер вспыхнул, озаряя темноту.

Осенние свадьбы оленей

Из-за сопки послышался рев зверя. Лукич и пояснил, что это изюбрь протрубил. И тут же раздался похожий рев, но уже с другой стороны.

— Началась перекличка, — заметил Федор.

— Расскажите про изюбря, — попросил Петр.

Лукич помолчал, как бы вспоминая, и начал:

— Сентябрь для этого зверя, да и для пятнистого оленя, — время бурное. Они так же, как косули и лоси, справляют свадьбы в начале осени. Изюбрь прокладывает гонную тропу, на ней копытами набивает две-три точки. Здесь и ревет ежедневно, обозначая владения и приглашая самок.

Животные вынашивают потомство около 8 месяцев. Некоторые детеныши появляются на свет уже в конце апреля. Если весна оказывается затяжной и холодной, то малышам приходится худо. Позднее рождение — тоже плохо, поскольку молодняк не успевает подрасти к наступлению следующей зимы, чтобы нормально перенести сильные морозы. Мать-изюбриха продолжает кормить своего теленка молоком до весны.

У пятнистых оленей гон начинается позже. Эти животные очень красивы летом. В народе издавна их называют «оленями-цветками». Зимой их яркие пятна трудно различимы на фоне темного окраса. Эти олени во время гона азартны и драчливы. Бывает, что во время боя они получают серьезные травмы. Самец не лает, как изюбрь, а свистит при испуге.

Оленуха ожидает потомство в среднем от 220 до 240 дней. Приносит от одного до трех телят. Живут пятнистые олени большими группами под предводительством взрослых и мудрых самок. Излюбленная пища — листья дуба.

— Игнат Лукич, а приходилось вам бывать на Севере? — спросил Петр.

— И не только бывать, но и жить. Народ там в основном хороший, честный, гостеприимный. Природа суровая, по-своему красивая. В молодости мне приходилось там промышлять соболя. Недавно встретил старого друга-якута. Хорошо пообщались, вспомнили молодые годы, совместную охоту. Сейчас, говорит, зверя меньше стало, поскольку лес вырубают…

— Игнат Лукич, а северный олень похож на приморского?

— Различие есть. Приморские олени стройнее, грациознее, особенно красивы пятнистые. Зато северные богаты «короной». Якуты шутя говорят, что иной раз олень давно за горой, а рога на горизонте еще «прыгают». Животное удовлетворяет многие нужды северных народов — например, потребности в мясе и молоке, одежде и обуви. Являются и незаменимым транспортом.

Близкие «родственники»

Самыми крупными представителями семейства оленевых считаются лоси. Во время гона самцы ведут одинокий образ жизни. Они становятся очень агрессивными и могут покалечить друг друга. Найдя невесту, самец ухаживает за ней несколько дней, потом ищет другую.

В поисках подруги лось не орет на всю округу, как это делают изюбры, а подзывает ее солидным покашливанием, с хрипом, напоминающим стон. Гон длится 25-30 дней. Потомство у самок лося появляется через 8 месяцев. Старые самцы рога сбрасывают в начале декабря, тогда как молодые — в январе.

«Сохатый» — очень умный зверь. Ходит, внимательно приглядываясь и прислушиваясь, малейший шорох улавливает своими длинными ушами. Но уж если учует опасность, то задаст такого стрекача, что ни один противник его не догонит. Наклонит свою могучую голову и несется напролом. Ему нипочем густой молодой лес, завитый и переплетенный лимонником и виноградной лозой.

Взрослому «сохатому» не страшен медведь-белогрудка. Мне приходилось однажды наблюдать, как лось расправился с ним. Дело было весной. Видимо, «топтыгин» попался неопытный или очень голодный.

Он попытался схватить «сохатого» за горло, но в ответ получил мощнейший удар передними копытами и упал. После этого разъяренный лось поднял ревущего медведя на рога и отбросил далеко в сторону. Хищник остался лежать без движения на земле, а его противник огромными прыжками удалился в тайгу…

Близкий «родственник» оленя — косуля. Детеныши обычно появляются на свет в мае, но многие из них становятся жертвами хищников — волков, рысей, орлов, коршунов. До осени порой доживает лишь одна из десяти родившихся особей. В снежные холодные зимы косулям тоже приходится несладко. Бывает, что они спускаются в речные долины, где кормятся сухой травой и ветками молодой ивы.

В конце января начинают расти рога у самцов косули. В августе наступает время гона, который проходит очень бурно. «Кавалеры» на огромной скорости носятся за своими потенциальными подругами, пренебрегая любой опасностью. В азарте не слышат даже выстрела.

Бывают случаи, когда молодые косули приносят потомство на первом году жизни. Самки ждут детенышей в среднем от 280 до 300 дней. Этот срок может зависеть от рациона и других условий существования в весенние месяцы.

До самой осени косули пасутся на возвышенных местах, где меньше оводов, комаров и гнуса. В ноябре, когда выпадает первый снег, большая часть животных спускается со склонов в долины, а по ним — в предгорья и нижнее течение рек. Такие миграционные тропки образуются всюду и все ведут в одном направлении. А следом за косулями идут рыси, волки и браконьеры.

Когда снега выпадает много, передвижение животных приобретает массовый характер. Это случается раз в 10-15 лет. О подобных миграциях писал еще Пржевальский в XIX веке. В те времена стада насчитывали от 200 до 1000 голов. А в наши дни и табунки в 15-20 особей — уже большая редкость.

Другие обитатели региона

Одно из самых маленьких копытных в Приморье — кабарга. Ее еще неофициально называют саблезубым или мускусным оленем. Рост взрослой особи — до 50 см, длина — обычно чуть более метра. Кабарга водится не только на Дальнем Востоке России, но и в Монголии, Казахстане, Киргизии, Корее, Китае.

От одного самца, выращенного на специальной ферме, можно получить несколько граммов чистого мускуса. На Востоке целебные свойства этого вещества были известны с древнейших времен, и стоило оно дороже золота. В 70-е годы ХХ века целенаправленным разведением кабарги занимались даже в Подмосковье.

«Саблезубый олень» питается лишайниками, альпийскими травами. Мясо и мех животного не пригодны для употребления. В настоящее время на него нельзя охотиться в большинстве регионов России. Кабарга — зверь безобидный, но имеет очень много врагов, начиная от волка и заканчивая соболем и коршуном.

— Игнат Лукич, а про горала и снежного барана расскажите… — попросил напоследок Петр.

— Это жители скалистых мест. По внешнему виду горал похож на домашнего козла с хвостом из длинных остевых волос. И у самцов, и самок есть рога, которым лекари Востока приписывают полезные свойства. Окраска шерсти горала серая или буровато-палевая. Весит он от 20 до 40 кг. Следы похожи на те, что оставляет поросенок. Правда, отпечатки копыт горала имеют овальную форму и, как у лося, расходятся в стороны.

Гон начинается в октябре. О периоде свадеб горалы не оповещают всех диких ревом, а тихо образуют семейные пары, которые сохраняются до конца месяца. Самки вынашивают детенышей в течение 240-250 дней. При виде человека горал издает тревожный, фыркающий звук, приподнимает хвост и уносится прыжками от греха подальше.

Одним из родичей этого козлика является снежный баран — редкое и красивое животное. Оно обитает среди труднодоступных скалистых сопок, где почти нет растительности. В зимние месяцы там уже нелегко добыть корм. В конце апреля снежные бараны начинают спускаться на солнцепеки и нижние пояса гор, где проклевывается первая трава. Изголодавшись за зиму, животные поедают молодые ветки ивы и шиповника, выступающий на скалах мох.

Весной активно питаются самки, готовятся к продолжению рода. Потомство они ждут в течение семи месяцев. Обычно в конце мая или в начале июня в хорошо защищенных от непогоды местах появляются на свет ягнята — один или два у пары. В этом кроется причина низкой численности снежного барана.

Спустя несколько дней после рождения малыш уже хорошо бегает и способен следовать за «матерью» по любой крутизне над пропастью. Детеныши очень доверчивы, могут устремиться и за человеком. У меня был такой случай. Но самое непонятное и обидное то, что самки этих животных не принимают осиротевших ягнят.

Гон у снежного барана начинается в октябре. Самцов можно услышать издалека. Они сходятся лбами, только треск стоит, но бьются недолго и не сбрасывают со скалы друг друга. Исход схватки решают всего лишь несколько ударов. Более слабый понимает свое поражение и уходит в сторону.

Самцы, обычно старше пяти лет, создают небольшие «гаремы» и бдительно охраняют их. При приближении чужака показывают свои мощные рога, чтобы настырный поклонник удалился. Самки участвуют в гоне с двух с половиной лет. «Брачная церемония» протекает без большого азарта. Животные понимают, что впереди — голодная и долгая зима, поэтому нужно беречь силы и энергию.

Во время гона снежные бараны становятся особенно молчаливы, как окружающие их скалы. Этот период продолжается до конца декабря. Живут снежные бараны мало — в среднем 10-12 лет. У самцов возраст определить нетрудно, достаточно сосчитать кольца на рогах.

Николай Кортелев, Приморский край

Ваша оценка: Нет Средняя: 4 (2 votes)