В горы за кекликом

Охота на кеклика

Как это водится в семьях, где отец занимается охотой, он зачастую берет с собой и сына. Так было и у нас. Меня с малолетства приучали к этому виду мужского отдыха, который в дальнейшем стал занимать, пожалуй, самое значительное место в моей жизни наряду с рыбалкой и туризмом.

Позволю себе рассказать о месте своего рождения. Именуется оно Семиречье — жемчужина Казахстана. Неспроста дано ему такое название! Ведь по сути дела это уникальное место, где множество рек, берущих начало высоко в горах, протекают, постепенно успокаиваясь и образовывая в поймах заросли тугая. В нашем районе также немало озер, на берегах которых гнездятся пернатые.

В тростнике водятся кабан с косулей, раньше были даже тигры, но последнего из них видели в 30-х годах минувшего века. К слову сказать, в одном из походов высоко в горах мне удалось поймать уникальное животное, обитающее у нас, — семиреченского лягушкозуба, ровесника динозавров, в простонародье именующегося тритоном.

На водопой

На этих просторах мне посчастливилось охотиться. В моей практике было много интересных случаев. Но я расскажу о самом тяжелом, по крайней мере, для меня виде охоты — на кеклика (горную куропатку).

Есть несколько вариантов добычи этой птицы. Все зависит от того, в какое время суток вы решили охотиться. Например, рано утром кеклики еще спят высоко в горах. Однако в жаркие осенние дни спускаются на водопой. Мне, в свою очередь, всегда было очень весело наблюдать за этим процессом.

Дело в том, что кеклики не любят летать. Они почти не используют крылья, ограничиваясь подъемом в воздух в случае обнаружения опасности или планированием на противоположный склон. Или же просто слетают вниз по горе, а приземлившись, сразу начинают убегать вверх пешком.

Поэтому на водопой кеклики обычно идут стайкой в 10-15 особей. Параллельно они копаются в земле, словно куры. Как правило, выше сидит пара разведчиков. Заметив опасность и проинформировав о ней стаю, они взмывают вверх и показывают направление, куда надо улетать остальным.

Во второй половине дня, попив, кеклики начинают подниматься обратно в гору на ночлег. Охраной «каравана» вновь занимаются упомянутые выше разведчики. Отсюда и следует вывод, что охоту надо производить, организуя засаду либо у водопоя, либо с подхода. При этом желательно оказаться выше пернатых, дабы иметь возможность быть незамеченным и перевести дыхание перед выстрелом.

Знакомые угодья

Ввиду жизненных обстоятельств с охотой приходилось расставаться на несколько месяцев, а то и на весь год. Все зависело от возможности приехать домой и текущего сезона, соответственно. Промазав с прошлогодним отпуском, в этот раз я твердо намеревался примчаться вовремя, чтобы успеть поохотиться. Так что заранее договорился с начальством, и меня отпустили аккурат на последнюю неделю сезона.

Отдохнув пару дней, я посовещался со своим лучшим напарником — отцом, решая, куда лучше поехать: на охоту на кеклика или на рыбалку. Мы сделали выбор в пользу первого из этих вариантов. Подходящие угодья присмотрели еще несколько лет назад, случайно побывав в тех местах.

Когда добрались до цели, мне уже не терпелось поскорее рвануть в горы. Ущелье, в котором предстояло охотиться, находится около реки Коксу. В том месте расстояние между скалами и водой составляет чуть более 20 метров, отчего дорога туда слегка опасна. Ущелье напоминает по форме подкову длиной около 2-3 км. Места знакомые с детства, где фактически каждый камень или куст вызывают разные воспоминания.

Положив в вещмешок патроны и воду, мы выдвинулись на охоту на кеклика. Осень в этом году была на удивление прохладной. Высоко в горах уже успел выпасть снег, и ветер оказался пронизывающим и неприятным. Несмотря на то что был ясный и безоблачный день, нас не спасали даже капюшоны.

Тишина в ущелье приятно давила на уши после городской суеты. Рассвет уже давно прошел, и солнце постепенно осветило темные скалы. Родной отщелок принял знакомые очертания и больше не пугал своим величием.

Перекличка горных куропаток

Обычно с рассветом тут и там по всем горам начинали кричать кеклики. Их своеобразная перекличка нарушала установившуюся тишину.

— Кекылы! Кекылы! Кекылы! — подавали голос разведчики одной из стаек. И тут же этот клич подхватывали все обитатели отщелка. Порой даже начинало казаться, что они соревнуются меж собой, кто кого перекричит.

Однако в этот раз время уже подходило к обеду, но все еще не было никаких признаков того, что тут есть кеклики. «Неужели они перелетели в соседние горы или за год моего отсутствия вовсе перевелись?» — недоумевал я. Но тут мои рассуждения прервала начавшаяся наконец-то где-то высоко в скалах перекличка и цепной реакцией пронесшаяся по всей щели.

Тут же мои глаза загорелись, и вновь появились энтузиазм и предвкушение добычи. На водопой птица не спустилась, на это была вполне объяснимая причина. После снега с дождем в скалах оставались лужи, так что пернатые могли прямо на месте утолить жажду.

Резкий подъем

Мы решили разделиться и добыть их там. Я, как самый молодой в нашей паре, полез наверх. Отец же предпочел идти понизу в надежде на то, что они будут пролетать около него во время планирования на другой склон.

Я сразу поймал себя на мысли, что возраст берет свое. Темп взял быстрый, каким прежде поднимался в горы. И пошел фактически в самый крутяк, проигнорировав услышанный снизу совет взять правее и сбавить скорость:

— С непривычки не поднимешься, сынок! — предупредил меня отец.

Но азарт и желание показать, что все в порядке с моим здоровьем, взяли верх. Мне очень хотелось побыстрее добраться до кричавших с горы кекликов. Буквально метров через 100 моего стремительного подъема я почувствовал ужасную отдышку.

Ноги «забились» от непривычных нагрузок. Все же ходить по городу и горам — абсолютно разные вещи! Сразу проснулись другие группы мышц.

Посмотрев вниз, я увидел, как отец провожает меня взглядом. Не подав вида, насколько мне тяжело, плавно обогнул скалу и, как только оказался вне поля зрения, сразу рухнул на землю с тяжелой одышкой. Меня мучило неистовые желание пить. Полежав и отдышавшись пару минут, понял, почему в Афганистане советские солдаты пользовались легкими и удобными кроссовками, добытыми у моджахедов.

Наведение на цель

Я продолжил подъем. Кеклики кричали везде, но мне никак не удавалось их увидеть. Каждый раз я смотрел вниз на отца в надежде, что он укажет на цель. Все же обзор у него был получше. Ему не составляло труда сориентироваться и определить, откуда исходил клич горных куропаток.

И вот буквально в следующую минуту, когда я взглянул на отца, увидел, как он ждал меня, показывая направление. До меня долетел его крик, что кеклики находятся за изгибом ниже меня. Быстро пройдя по каменной осыпи, я остановился на несколько секунд, чтобы отдышаться.

Вылез из-за скалы, встал на ноги, обошел ее и посмотрел вниз. Тишина, никакого движения, визуального контакта с отцом не было. Я сразу подумал, что кеклики улетели, услышав меня.

Но вдруг они закричали и начали подниматься в воздух в 20 метрах от меня. Надо отдать горным куропаткам должное. Эти пернатые взлетают быстро и сразу же стремятся перемахнуть за бугор и продолжить планировать на соседний склон.

Во время охот постепенно привыкаешь к тому, что выцеливать кекликов долго не получается. Стрелять по ним приходится практически навскидку. Это неплохая тренировка, после которой взлетающий фазан кажется огромным неторопливым дирижаблем.

С почином!

Но к моменту, когда я вскинул ружье и повернулся, горные куропатки отлетели уже метров на 30. Прицелился, чувствуя, как вся усталость пропала вмиг, а остались лишь мандраж и желание выстрелить поскорее. В голове то и дело мелькали мысли: «Далековато заметил… Уже отлетели-то прилично. Но не зря же лез сюда? Надо стрелять!».

Я нажал на спуск. Первым выстрелом промазал, а вторым попал. Но сбитый кеклик уже успел набрать скорость и полупланированием-полупадением продолжил снижаться.

В горах очень тяжело искать добытую дичь. Частый колючий кустарник и каменные россыпи такого же окраса, как и оперение горной куропатки, обеспечивают идеальные условия для того, чтобы раненая птица могла забиться в какую-нибудь щель. Отыскать ее и вытащить оттуда совсем непросто.

Поэтому приходится сначала замечать, куда именно упала дичь, и ориентировать напарника с места выстрела. Благо мне не понадобилось спускаться далеко вниз. Отцу достаточно было подняться на метров 50 и добрать раненого кеклика.

Пуганые птицы

Обрадовавшись почину, я пошел дальше. Зарекся быть готовым к любой неожиданности и стрелять сразу же, не давая пернатым времени разогнаться. Собственно, на этой мысли меня потащило вниз на каменной щебенке.

И тут как назло взмыли двое кекликов, которые почему-то не улетели вместе с остальными! Мне в этот момент было совсем не до выстрела. Все мое внимание уходило на то, чтобы попытаться поймать равновесие и не упасть.

Однако внутри я уже негодовал и злился на все подряд, кроме себя. Стало очевидным, что тут прежде бывали охотники. Птица оказалась пуганая.

Пока лазил по горам, время пролетело мигом. Да и сама «подкова» уже была больше чем на половину пройдена мной. Я приближался к знакомому расщелку, очень интересному месту.

Оттуда прежде никогда просто так не уходил. Но в те годы мой вещмешок, обычно уже набитый трофеями, приятно оттягивал лямки. Так что я, особо не напрягаясь, заходил прямо в лоб.

Прекрасная мишень

В этот же раз за целый день мне удалось подстрелить всего трех горных куропаток. Недолго думая, я решил взять левее и, обогнув утес, зайти сверху. Сровнявшись с верхушкой скалы, увидел сидящего на ней кеклика.

Но дистанция была слишком большая для выстрела. Мне пришлось подкрадываться еще около 30 метров. Последнюю треть этого пути вынужден был проползти вдоль лежащего камня.

Настроившись на быстрый выстрел и примерно представляя, где сидит птица, я резко вылез из-за камня, вскинул ружье. И тут впервые увидел внизу под собой кекликов, приготовившихся к ночлегу. Сидели они кучно и представляли прекрасную цель.

Конечно, я тут же пальнул по всей стае метров с 15 в надежде одним выстрелом убить как можно больше птиц. Но Фортуна в тот день оказалась на стороне пернатых! Моя первая попытка не принесла результата.

Лучше одна синица в руках, чем много журавлей в небе

Затем я хорошенько прицелился в кеклика, который был, на мой взгляд, самым крупным. Этот второй выстрел попал в цель. Теперь мне предстояло поднять сбитую горную куропатку. Раньше я почему-то совсем не думал о том, что можно с легкостью сорваться и рухнуть с высоты. Как правило, сразу карабкался вверх, и все мне сходило с рук. Но в этот раз, поскользнувшись и больно упав на «пятую точку», я реально осознал, что лазить по скалам после дождя со снегом — не самая лучшая идея.

Пришлось спускаться вниз, огибать этот массивный утес и потом уже искать птицу. На все это я потратил еще около получаса. Наконец, держа в руках теплого и на удивление уже нагулявшего жир кеклика, вспомнил слова старого охотника. С ним я прежде не раз ходил в горы. Этот опытный человек частенько говорил в таких случаях:

— Если кеклики рано жир нагуляли, то зима будет ранней и холодной!

Спустившись вниз, я рассказал отцу о том, что вновь стрелял по куче птиц и не попал ни в кого. Тут же посмеявшись, мы оба справедливо заметили, что лучше одна синица в руках, чем много журавлей в небе.

Игорь Калиновский, Казахстан

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (1 vote)