Река Ворона, протекающая изгибом по юго-восточной половине Кирсановского уезда Тамбовской губернии, вся вообще изобилует рыбою, но особенно богата рыбой та часть реки, которая течет от границы Чембарского уезда, собственно, от села Вельможки, Кирсановского уезда, вниз до села Пиковки того же уезда.
«Эльдорадо» для удильщиков
Здесь, на протяжении 40 или 50 верст (от примерно 42 до более чем 53 километров. — Прим. редакции), сосредоточиваются самые крупные экземпляры лучших пород рыбы. По какой причине большая рыба держится именно здесь — я решить не берусь.
Зависит ли это от того, что тут на всем течении реки берега сплошь покрыты крупным лесом, а в остальных местах лес по берегам реки давно вырублен, земля или распахана, или запущена под луга; или, быть может, это зависит от того, что на 40-верстном пространстве, занимаемом этой частью реки, стоят четыре больших мельницы, которые, задерживая свободное течение реки, делают его неровным, порывистым, вследствие чего в реке образуются глубокие омута, куда собирается рыба при сливе весенней воды и здесь задерживается.
Так или иначе, но дело в том, что обилие рыбы в этих местах, сравнительно с остальною частью реки, так очевидно, что не может быть оспариваемо.
Самой лучшей и наиболее ценной из всех рыб, населяющих реку Ворону, является, конечно, судак. И вот в этих-то благодатных местах реки Вороны судаки держатся иногда в такой массе, что часто случается выуживать их на обыкновенную удочку, наживленную простым навозным червем, и достигают они здесь весом до половины пуда (свыше восьми килограммов. — Прим. редакции) и даже более, тогда как в остальной части той же самой реки судаков несравненно меньше и на удочку их ловить — нечего и думать. Даже неводчики, трудясь по целым дням и ночам, редко видят в своих неводах эту ценную рыбу.
Кроме судаков, в затонах и завадах реки, а также в мельничных прудах, живут огромные сазаны, до пуда весом (около 16,4 килограмма. — Прим. редакции), которых, по сливе вешней воды, даже днем спокойно добывают в тихих местах.
Затем много здесь разных других рыб — огромных линей, окуней, лещей и прочих. В остальных частях реки о сазанах не имеют и понятия. Щуки и сомы тут в омутах достигают баснословных размеров. Так, щуки бывают весом в полтора пуда (свыше 24 килограммов. — Прим. редакции), а сомы в шесть пудов (около 98 килограммов. — Прим. редакции) и более…
Идеальные условия для лова
Для того, чтоб дать понятие об удовольствии, которое может получить здесь любитель уженья, я опишу день моего уженья на мельнице Почетных граждан Сасульниковых. Она стоит на реке Вороне, в семи верстах (около 7,5 километра. — Прим. редакции) от города Кирсанова, на восток от города. Вся мельница и оба берега реки окружены большими лесами.
В продолжение всего лета мельница Сасульниковых постоянно буквально осаждается рыболовами: с удочками, переметами и другими снастями для уженья они так и живут тут по берегам реки.
Мне часто приходилось проезжать через эту мельницу, и когда бы я ни проехал, всегда встречал возвращавшихся рыболовов или возвращающихся с охоты, со связками лещей, окуней и иной раз с судаком, выуженным удочкою, или же сидящих тут и там по берегам реки с заброшенными в воду снастями. К которому бы из рыболовов вам ни пришлось подойти, у всякого найдется несколько экземпляров рыбы, которыми он поспешит похвастаться.
Много раз я слыхал, что на этой мельнице, по сливе весенней воды, перед тем как запирают вешняк (отверстие с запором для спуска воды на плотине мельницы. — Прим. редакции), бывает такой лов рыбы, какого не бывает нигде по всей реке Вороне, и что на удочку вылавливается особенно много судаков. Но при всем моем желании посмотреть эту охоту, я никак не мог попасть туда к этому времени. Лов этот бывает ежегодно в половине или в последней трети мая месяца и продолжается всего пять или шесть дней.
Наконец, в 1882 году, мне удалось-таки приехать туда, хотя уже только к последнему дню лова, так как вешняк был совсем устроен и на следующий дель должны были остановить воду.
Описываемая мною охота начинается лишь с того времени, как весенняя вода в реке совершенно спадет. Тогда вешняк возле омута весь открывается и стлань (настил из досок или жердей. — Прим. редакции) вешняка вся бывает снаружи, так что по ней можно свободно ходить. Пенистый бурный водопад в вешняке исчезает и заменяется незначительными струйками воды.
Пробираясь из пруда в разных направлениях, между хворостяною стланью вешняка, эти журчащие струйки стекают в омут, сливаясь в одну широкую струю воды, стремительно уносятся от стлани, вниз по течению, широкою, крутящеюся полосою. Вместе с водяными струйками через стлань из пруда проскакивает разная мелкая рыбка, преимущественно уклейка или синьга (синец. — Прим. редакции), которая всегда держится в верхнем слое воды.
Эти рыбки, попадая со струею в омут, подхватываются волною и несутся вниз по течению, где их караулят разные хищные обитатели омута, и ловит. Во время разлива, вода, со страшною быстротой устремляясь из широкого пространства пруда в узкое отверстие вешняка, увлекает своей тяжестью в глубину омута бездну всякой рыбы, составляющей богатую добычу для хищников, которые на всем лету волны хватают ее, не давая ей оправиться от стремительности движения.
По мере того, как вода в реке начинает сбывать, добыча делается все скуднее и скуднее, и, наконец, когда роскошный водопад сменяется мелкими струйками, скромно пробивающимися через стлань, в омут проскакивает с ними одна только мелкая рыбешка, скользящая по поверхности омута.
Хищники тогда не находят уже себе достаточно корма в глубоком бассейне омута и, побуждаемые голодом, стремятся стаями к поверхности, где слышат привычный шум волны, и с остервенением бросаются на все предметы, похожие на мелкую рыбу, хватают их на лету, из опасения чтобы добыча не досталась другому.
В это время лов в омуте удочкою, наживленною мелкою рыбкою, бывает такой, что всякий, не видавший его, не может поверить даже самым скромным описаниям. Более юркие хищники, конечно, шныряют в это время в верхней воде, таковы: прожорливые, хитрые щуки, быстрые и порывистые окуни, благородные и отважные судаки, красивые голавли. Более тяжелые, как сомы, держатся на большой глубине и редко поднимаются кверху.
Тягостное ожидание
Итак, в первый раз я попал на мельницу Сасульниковых в последний день весенней охоты, в первом часу дня, так что для охоты, которую я желал видеть, оставалось всего только половина дня. Поздоровавшись с приветливыми хозяевами мельницы, я хотел идти тотчас на место, чтобы не пропустить ни одной минуты, но Сасульниковы уверили меня, что сейчас идти совершению бесполезно, так как в это время дня рыба совсем не берет, и что лов бывает только утром часов с шести и до одиннадцати, а также после обеда — приблизительно с четырех часов и до ночи.
Нечего делать: приходилось ждать. Время ожидания, хотя проведенное в приятном обществе чрезвычайно радушных и любезных Сасульниковых, за обедом, показалось мне, однако, довольно продолжительным. Наконец, один из хозяев, видя мое нетерпение, сжалился надо мною и вызвался идти со мной.
В третьем часу дня мы вышли из дома к вешняку, до которого было только с четверть версты (меньше 270 метров. — Прим. редакции). На вешняке еще доканчивали кое-какую работу плотники, а на плотине до тридцати баб разбирали лес и таскали хворост и солому.
ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ.
В. А. Кирсанов, 1884 г.
