Наши судьбы сложились по-разному. Возраст у нас был примерно одинаковый — пенсионный, а крепко сдружились мы благодаря тяге к охоте. В прежние годы трудились на разных социальных уровнях. Двое в нашей компании (мы с Валентином) занимали руководящие посты в советский период, а третий — Володя — почти 30 лет отслужил в пограничных войсках. В основном его часть защищала государственные рубежи неподалеку от крупного города в одной из союзных республик, расположенных в Средней Азии.
Предпосылки крепкой дружбы
Объединяла нас любовь к природе. Эту тягу подкрепляли врачи, которые настойчиво рекомендовали активнее двигаться и больше находиться на свежем воздухе. Вот так охота и рыбалка стали основными наши занятиями в свободное от домашних и семейных хлопот время.
Дружеские отношения между нами установились быстро и просто. Мы сразу стали обращаться на «ты», словно в бане, где все одинаковы и чувствуют себя равными. Это вполне устраивало всю троицу.
Не сговариваясь, решили спиртное на природу не брать, хотя дома в семейной обстановке иногда отмечали праздники традиционными застольями. Но если взял в руки ружье, то про алкоголь — забудь. Это стало нашим непоколебимым правилом на всю оставшуюся жизнь.
У каждого из нас в ту пору была машина, выпущенная Волжским автомобильным заводом. Два советских «джипа» — «Нивы» и одна «шестерка». Обычно для поездки выбирали одно транспортное средство. Бензобак заполняли в складчину.
Чаще всего нашим «железным конем» становилась Володина зеленая (пограничная) «Нива», которую он, по правде сказать, приобрел не без моей помощи в свое время. Владимир очень любил свой автомобиль, холил его, бережно ремонтировал, если требовалось. Вова был опытным водителем и с готовностью соглашался везти нас на охоту, при условии, что машину ему заправим.
Наш отставной пограничник также хорошо разбирался в техническом обслуживании ружей и изготовлении дроби. Он отлично делал грузила, мастерил поплавки из твердого пенопласта. Если требовалось, то мог сшить патронташ или ремень, подготовить ошейник для собаки. Нам частенько приходилось прибегать к услугам Володи. Время тогда было такое, что магазины совсем не баловали нашего брата — охотника.
С высоты прожитых лет, уже давно переселившись из жарких южных краев в Сибирь, часто вспоминаю своих приятелей, раньше срока ушедших в мир иной… Воскрешаю в памяти наши выезды на охоту, которые так крепко нас сплотили.
Как три мушкетера
У каждого из нас был свой характер и определенные привычки. Мы имели ружья разных марок и собак различных пород. Но все же общее увлечение оказалось сильнее. Любовь к поездкам на природу, в особенности на охоту, помогла сплотить нашу компанию.
Каждый ощущал мощное желание выследить и подстрелить, например, зайца или поднять на крыло птицу и сбить ее точным попаданием. Это всецело захватывало нас без остатка и вело по пенсионному периоду нашей жизни. Нередко в трудную минуты мы помогали друг другу и вне угодий — в решении каких-то домашних проблем. Одним словом — добродушно приятельствовали.
Но далеко не всегда наши отношения были ровными и позитивными. Случались, конечно, и размолвки. Чаще всего они возникали как раз на охоте. Мы как мальчишки спорили — кто именно попал в фазана или утку. Иногда дискутировали на тему — в какие угодья лучше отправиться за дичью. Нередко разногласия удавалось преодолеть уже дома, когда ощипывали добытую птицу, разрешали тушку, извлекали дробинки и определяли, кому они принадлежала.
В какой-то период дошли до того, что перестали складывать все трофеи в одну кучу, как делали все наши знакомые охотники. А все из-за неизбежного столкновения амбиций, негативных черт характеров. У каждого порой проявлялся эгоизм, хоть и в разных масштабах. Трудно было справиться с мыслью, что кто-то, например, может стрелять точнее тебя или лучше выслеживать дичь и так далее…
Мы сердились, спорили, выясняли отношения. Но при этом всегда бескорыстно делились припасами, не делали тайны из своего способа зарядки патронов. Порой заимствовали друг у друга ружья, в трудных случаях советовались по поводу покупки охотничьей одежды или обуви.
Нередко знакомые в шутку называли нашу компанию «мушкетерами». Нас ведь было трое, и костюмы мы носили внешне похожие.
Когда и куда ехать?
В ту пору охота в Средней Азии сулила большое богатство выбора. В горы нам, конечно, соваться не следовало — в силу зрелого возраста и давно уже не идеального состояния здоровья. Зато возможности добыть птицу — утку или фазана — мы не упускали. С готовностью отправлялись и за пушными животными — зайцем или лисицей.
Летняя охота традиционно открывалась в августе. Весенний сезон стартовал уже в марте. Природа на юге быстро отходила от зимней спячки, и птица выводилась рано. Бывали годы, когда за один теплый период пернатые успели отложить две яйцекладки и вырастить птенцов.
Вначале мы обычно отправлялись за степной дичью — голубями и горлицами. Это не было каким-то «заготовительным мероприятием». Просто нам требовалось проверить исправность ружей, правильность зарядов и остроту глаз, в конце концов.
Заводские патроны тогда считались роскошью. Большинство охотников довольствовалось «самокрутом». И все же пальбы было много и собаки тоже радовались выезду, работали с энтузиазмом.
На юге республики стреляли в основном кекликов, на севере — фазанов и уток. А голубиная охота оставалась способом встряхнуться, пробудиться после «зимней спячки» или охладиться от летнего пекла и вдохновиться на новые подвиги. При этом мы строго соблюдали установленные законом и действующие в ту пору правила, сроки и нормы добычи. Показывали пример молодым, еще только начинающим охотникам.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
Владимир Орлов, г. Томск. Фото автора
