Иногда мне на глаза попадался не один бурундук, а сразу два или три. Грызуны были величиной с белку, но по деревьям не лазили. Вместо этого они недовольно свистели, всем своим видом демонстрируя раздражение по поводу моего присутствия на их земле…
ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО РАССКАЗА МОЖНО ПОСМОТРЕТЬ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.
Когда я шел по лесу в поисках ягод малины, то замечал не только бурундуков. Порой мне попадались выводки зайчат, а один раз встретилась процессия ежей.
Первой шла «мамаша», а за ней двигались ее крошечные детки — все величиной не больше грецкого ореха. Они уверенно шагали гуськом друг за другом от ближайшего ручья. Мне захотелось взять одного малыша в руки. Его иголки казались не колючими, а мягкими, как волосы на голове. Я внимательно осмотрел ежонка и отпустил к семье.
Наполнив все емкости ягодой, мы возвращались к паровозу. Женщины собирались в вагончике и начались делиться впечатлениями от прогулки по лесу. Однажды работницы железной дороги рассказали, что увидели сидящее на пеньке создание, которое приняли за ведьму. Она напоминала полностью раздетую даму, которая расчесывала гребнем свои длинные волосы и тихонько что-то мурлыкала.
Когда я сейчас, уже в зрелом возрасте, вспоминаю ту историю, то не исключаю, что «нечистью» могла прикинуться одна из местных жительниц. Им очень не нравилось, что мы приезжаем толпой и собираем на лесном участке много малины…
Отец иногда брал меня с собой, и я ехал на тамбурной площадке до станции «Дуброво». Там древесину заготавливали в основном с помощью топоров и ручных пил. Потом кое-где у вальщиков леса начали появляться первые орудия, работавшие на бензине. Это были модели «Дружба», которые позднее стали довольно известными.
А вообще мне запомнились высоченные сосны в том районе. Казалось, что они упирались вершинами прямо в небо. Чтобы разглядеть их, мне приходилось ложиться на землю — иначе спадал картуз…
Богатый край
В шестидесятых годах прошлого века на великих просторах Сибири геологами были открыты многочисленные залежи газа и нефти, которые начали осваивать вахтовым методом. Для этого создавались поселения, постепенно превратившиеся в города. В основном они располагались вдоль крупных рек: Оби, Енисея, Лены…
Так, в городе Приобье обосновалась семья из Удмуртии — из села Узи Селтинского района. Зарплаты были хорошие, поэтому работники решили осесть в благодатных сибирских местах. Постепенно для себя и для детей построили двух- и трехэтажные коттеджи, купили японские внедорожники, катера и моторные лодки.
В таежных болотах и на озерах водились многочисленные стаи гусей и уток. Там же росло много разных ягод: брусники, клюквы, княженики, морошки, черники и голубики. Она привлекала боровых птиц — рябчиков и тетеревов. А в урожайные годы можно было заготавливать и кедровые шишки.
Полакомиться дарами природы прибегали и разные животные — белки, куницы и соболя. Не обошлось, конечно, и без бурундуков. Еще на притоках Оби водились бобры, выдры и ондатры.
Обилие пушных зверей позволяло вести успешную охоту. А из трофеев умельцы шили шубы, шапки и унты, имея от этого дополнительный доход. Приходили и копытные животные — лоси, кабаны и северные олени. Они тоже становились добычей предприимчивых людей.
В реках и притоках было изобилие разной рыбы: лещи, сазаны, пелядь, сомы, щуки, окуни, судаки, осетры, лососи и прочие. Огранивался вылов только семги. Ее разрешалось добывать лишь коренному населению — но не более пяти килограммов за раз.
Один мужчина, перебравшийся на север Сибири из Удмуртии, рассказывал, что принимал участие в экспедиции по обследованию Обской губы. Как-то раз им разрешили поставить несколько сетей, чтобы разнообразить рацион полярников.
Однако в улове оказались вовсе не ценные обитатели реки, а обычные ерши. Говорят, что они водятся только в чистой воде. Видимо, в этом районе вся муть, принесенная Обью, оседала на дне. Так и сложились условия, благоприятные для ершей.
Но чаще, конечно, местным рыбакам попадались трофеи покрупнее. Экземпляры, весившие более десяти килограммов, солились, коптились, вялились, мариновались и укладывались в бочки. А мелочь целиком шла на консервы.
Примерно так же поступали и с мясом животных и птиц. Часть этой добычи вывешивали для вяления и сушки на чердаках домов. А в вечной мерзлоте обычно устраивался погреб, где хранились заготовленные продукты и ягоды.
Путешествие с напарником
Однажды заядлый рыбак Леонид из города Глазова побывал в Приобье, где познакомился с другими уроженцами Удмуртии — из села Узи. Потом решил еще раз съездить туда и уговорил поехать с ним в качестве запасного водителя хорошего друга — Алексея по прозвищу Борода, который в молодости несколько лет проработал на полярных станциях…
Пустились в путь на своей машине, но прибыли к месту назначения несколько позже, чем планировалось. Борода не очень хорошо видел в сумерках и темноте, поэтому решил не рулить во мраке, а остановиться на отдых. Выспавшись, напарники поехали дальше и завершили маршрут лишь к вечеру следующего дня.
Переночевали у знакомых, и загрузив продукты, снасти и прочее снаряжение, отправились на рыбалку. Их на катере перебросили за десять километров — на другой берег Оби.
На прощанье, чтобы гости излишне не расслаблялись, хозяин рассказал, что здесь в прошлом году медведь растерзал одного любителя лова. Сделав такое предупреждение и выдав для связи радиостанцию, поскольку сотовая связь там не работала, местный житель отбыл домой.
Быстро перекусив, Леонид и Алексей разошлись рыбачить в разные стороны. Борода, не рассчитав силу размаха, послал блесну чуть ли не на средину Оби. Однако приманку на лету поймала и проглотила чайка, которая подняла такой крик, что пришлось срочно обрезать леску.
Выловленную рыбу друзья частично использовали на уху, а остальную круто посолили. Вечером поужинали, поставили палатку и залезли в спальные мешки.
Виновники разгрома
Отдохнуть ночью напарникам не удалось. По верху их «домика» носились какие-то зверьки. Пришлось вылезти наружу и выяснять, кто там хулиганит.
Оказалось, что безобразничали местные бурундуки. Они не только испортили сон людям, но и уничтожили все съестное, что оставалось на складном столе после ужина. Даже имевшийся хлеб погрызли.
На другой день друзья решили рыбалку продолжить. А вечером поужинали и, увидев вдалеке огонек костра, надумали познакомиться с соседями. Как ни странно, те тоже оказались из Удмуртии — из поселка Игра, который находится приблизительно в 90 километрах от Глазова…
Собравшись перекусить перед сном, товарищи вернулись к палатке. Пораженные, они уставились на следы беспорядка, учиненного шкодливыми бурундуками. Проказливые зверьки ухитрились развязать рюкзак с продуктами, вытащили из него и колбасу, копченое сало и сыр. Напоследок распотрошили пачку с чаем и… скрылись с «места преступления».
Оценив последствия разгрома и, вероятно, не желая дальнейшей эскалации конфликта, друзья решили просить о помощи. На третий день сибирской рыбалки они связались по рации со знакомым местным жителем, чтобы тот примчался за ними на катере и организовал эвакуацию.
Когда прибыл хозяин, незадачливые путешественники поведали о своих злоключениях. Пожаловались на назойливых комаров, которые чуть не выпили всю кровь. Упомянули и о нападении грабителей-бурундуков.
Утомленные таким отдыхом на природе, напарники вернулись в Приобье. Переночевали у знакомых, а утром, попив чайку, собрались в обратный путь и начали грузить свой засоленный улов. Гостеприимные хозяева вручили щедрые дары — трехлитровую емкость с икрой, по несколько штук копченой и вяленой рыбы и большое количество кедровых шишек.
Поездка домой прошла без приключений. Вернувшись на малую родину, друзья часть трофеев и подарков раздали друзьям, а часть оставили себе. Так закончилась рыбалка на Оби, запомнившаяся благодаря шалостям бурундуков.
Геннадий Ложкин, Удмуртская республика, г. Глазов
