Потом были экзамены и распределение. Я попал на Тихоокеанский флот (ТОФ). В этом мне посодействовала сотрудница штаба, которой мы помогали с переездом с одной квартиры на другую — перевозили мебель и личные вещи.
ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩУЮ ЧАСТЬ РАССКАЗА МОЖНО ПОСМОТРЕТЬ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.
На Дальнем Востоке
К тому времени наступил уже ноябрь. Нас на машинах довезли до Симферополя, а там посадили в самолет. Через каких-то девять часов мы были в Хабаровске. Затем двое суток на поезде — и уже во Владивостоке. Город встретил нас дождливой, но теплой осенью.
На распределительном пункте пробыли две недели. Там кормили хорошо. Порции нам выделяли средние, зато готовили очень вкусно — чувствовалось высокое мастерство поваров. Тарелки у всех были «вылизаны до блеска».
Пока ждали самолет на Камчатку, нас «подкалывали» местные. Они говорили:
— Да, не повезло вам! Там три месяца холодно!.. А остальные девять — вообще «дубак»!
Отчасти это верно. На севере Камчатки действительно холодно. Зато на юге полуострова, куда мы попали, было довольно тепло — по моим ощущениям, почти как в Крыму. Даже в конце сентября я мог загорать и купаться в океане.
Привезли нас на самую крупную в мире базу подводных лодок. Здесь располагалась Вторая флотилия ТОФ. Из «клуба моряков» мы попали в Учебный центр. Видимо, распределение шло по алфавиту и определенную роль здесь сыграли наши фамилии. На букву «А» в списке никого не было, тогда пригодился «План Б»: Басюк В. и я.
Служба «карасями»
В центре было четыре корпуса. Мы оказались в четвертом учебно-тренировочном комплексе (УТК). Там учили и тренировали моряков-подводников. Они отрабатывали действия по выходу из затонувшей субмарины, посадке на спасательный плот — ПСНЛ-20, заделке пробоин и тушению пожара на борту. Обучались и группы не штатных легких водолазов на подводных лодках.
Кубрик был на четвертом этаже здания. Вместе с нами численность подразделения достигала 12 человек, плюс один водитель грузовика ГАЗ-66.
Первые три месяца были очень тяжелыми. Мы осваивали новое оборудование и аппараты, барокамеры подбашенного отсека, торпедный аппарат. Сдавали зачеты, тренировались на задачах — ходили в обеспечение. Учили технику безопасности при обращении с кислородом, химипоглотителями О-три. Баллоны были пяти видов, да еще ИДА-59 (изолирующие дыхательные аппараты) и так далее.
Все тяжелая и черновая работа в УТК легла на наши юные плечи. Нас, молодых моряков, сравнительно недавно начавших службу, по традиции называли «карасями». Было много нового в технике, мы учились, набирались опыта. При этом у меня уже имелись навыки усвоения большого объема сведений.
Еще в техникуме на литейном отделении нам давали очень много технической информации. Например, изучая предмет «Металловедение», я за три года исписал восемь толстых общих тетрадей, занося на бумагу только самое «ценное зерно». Мой мелкий подчерк занимал каждую строчку. А некоторые ребята заполняли по 20 тетрадей и больше. А ведь помимо «Металловедения» у нас было еще около трех десятков похожих предметов.
Но в водолазном деле информации, требующей усвоения, оказалось в несколько раз больше. И вдобавок все переплеталось с руководством спусков, правилами ПВС-85, основами медицины. Еще следует учитывать тонкости работы с различным оборудованием, аппаратами, химо-поглотителями, смесями газов. При этом действовать приходилось в узких пространствах в воде при плохой видимости. Частенько мы были вынуждены ориентироваться «на ощупь».
С такими трудностями еще можно справиться. А самое главное — люди! Заранее не знаешь, кто и как поведет себя в критической нештатной ситуации. Ведь инстинкт самосохранения никто не отменял. И если вдруг кто-то с перепугу забудет, как «правильно дышать под водой», то виноват в этом будешь ты, поскольку плохо объяснял. Вот такая «простая арифметика».
Когда правила водолазной жизни соблюдаешь — остаешься жив. А если ими пренебрегаешь, то… Никому не известно, как все обернется…
Бриллианты подводного флота
Пока я учился в техникуме, считал кадровых военных не слишком умными и интеллигентными людьми. Но на деле все оказалось с точностью до наоборот — как в кинофильме «Капитан Немо». Офицеры, с которыми мне довелось общаться, обычно имели не одно высшее образование, а два или три и знали по несколько иностранных языков.
Будучи очень начитанными людьми, они и сами своими «золотыми руками» могли сделать почти все, что угодно, если это не противоречило законам физики. По моим ощущениям, каждый представитель элиты флота стоил с десяток «гражданских» профессоров.
У преподавателей в нашем учебном центре был колоссальный стаж службы. Каждый из офицеров провел на подводных ракетоносцах более 20 лет и теперь мог передать свой бесценный опыт новому поколению военных.
Командиром УЦ был капитан первого ранга Осадчий Игорь Леонидович. Подразделение насчитывало около 100 человек. Думаю, их стоит назвать настоящими бриллиантами подводного флота.
Вообще про службу «карасями» можно написать целую книгу, но не это самое главное. Важнее, на мой взгляд, передать свой опыт в водолазном деле. Многие люди в обыденной жизни близко не сталкивались с этой стихией и могут не знать определенных нюансов. А вода, на самом деле, очень коварный противник. Если не соблюдать правил безопасности, то окажешься на грани гибели.
Олег Стальной Лис, Московская область
