Выстрел один, а впечатлений много. Из воспоминаний охотника

В долине Приисыккулья уже бушевала весна, а мне по долгу службы (в советский еще период) пришлось находиться в горах — в поселке геологов на высоте около трех тысяч метров. Снег там основательно покрыл землю, а мороз перевалил за отметку в 30 градусов. Дела, связанные с работой, я завершил, по рации доложил руководству о результатах и получил разрешение возвращаться домой. И тут начальник экспедиции предложил принять участие в необычной охоте.

Плохая и хорошая вести

Вначале меня огорошили неприятной новостью. Мне объявили, что второй исправной машины здесь сейчас нет, а в такой снег на одном автомобиле запрещено удаляться от базы дальше, чем на пять километров.

«Мы должны руководствоваться инструкцией, разработанной Министерством геологии, — объяснил мне начальник экспедиции, крепкий телом мужчина с сильным характером. — Это все в целях безопасности. Снегу в ущельях намело столько, что пробивать дорогу придется не одну неделю. Проще, конечно, добраться на самолете… Но сможет ли он прибыть к нам в такую погоду? Попробую вызвать из Пржевальска, может получится…»

Меня такая перспектива, понятное дело, не обрадовала. Я грустно сидел у окна в гостиничной комнате и поглядывал на птичек на улице. Это были самые настоящие альпийские галки — черные с серыми шеями. Пернатые расселись по конькам крыш домов геологов, жались к печным трубам, чтобы немного согреться.

Чем крылатые создания кормились в такой трескучий мороз — для меня осталось загадкой. Видел я, когда проходил от конторы до гостиницы, что галки копались на свалке возле пищеблока. А может был и какой-нибудь другой источник провианта для них? Не исключаю, что они поедали хвою на растущих в низинах елках. Галок было сравнительно немного — десятка два. Но все эти пернатые, по словам геологов, оставались зимовать вместе с людьми.

К вечеру ко мне постучался и вошел в комнату начальник экспедиции. Он сообщил приятную новость:

— Если погода позволит, то через пару дней прибудет самолет и мы вас доставим в областной центр!

Я, конечно, обрадовался и поблагодарил за хорошие вести. А что еще оставалось делать? Только уповать, что небесная канцелярия не будет «вставлять палки в колеса».

Предложение, от которого нельзя отказаться

— А может завтра на охоту махнем? — неожиданно спросил начальник экспедиции. — У нас выходной.

Я ошеломленное уставился на собеседника и сразу спросил «в лоб»:

— А какая здесь может быть охота? В горах в такую погоду? Да и весна на календаре, сезон уже прошел.

— Да есть у нас один работник, который регулярно помогает экологам. Выполняет для них разные поручения, связанные с измерениями количества осадков, температуры, расхода воды в горных ручьях, — объяснил мне мудрый начальник. — Вот за это ему в качестве поощрения заказчики и выхлопотали лицензию на отстрел пары особей козерога — исключительно в научных целях. Одно разрешение он уже использовал, а второе еще в силе. Можно поехать с ним вместе и, так сказать, попытать счастья…

Выстрел один, а впечатлений много. Из воспоминаний охотника
Горный козел. Фото_by Merlin@WIKIMEDIA.ORG

От такого интересного предложения невозможно было отказаться. Одели меня по погоде — облачили в теплую геологическую зимнюю спецовку, на голову натянули шапку-ушанку, на ноги — валенки, а на руки — толстые варежки. Правда, хорошего ружья я не получил, но и не настаивал на этом. Арсенал нашей компании ограничивался карабином и двуствольным дробовиком среднего качества.

Отправились в путь мы впятером. Шофер лихо вел машину по замерзшему ручью. От поселка отъехали километров на пять, поэтому инструкцию не нарушали. По дороге нам попадались зайцы, но по ним стрелять не позволяли, чтобы не поднять шума.

Машина шла натужно, с трудно взбираясь вверх по ущелью. Я обеспокоенно спросил у водителя:

— А почему так надсадно воет двигатель? Может он неисправен?

— Все нормально, — отмахнулся шофер. — Просто здесь на высоте воздух разряженный и кислорода недостаточно. Вот механикам и пришлось отрегулировать карбюраторы всех бензиновых моторов, чтобы не терять мощности.

Разительный контраст

Добравшись до места, мы вылезли из машины. Дальше нужно было двигаться только пешком, продолжая подъем в гору.

Руководил нашей группой охотников Сергей. Он рассказал, что нам осталось пройти еще метров 20, а потом откроется панорама, которую редко и в кино увидишь. Старший попросил нас громко не разговаривать, не шуметь и смотреть себе под ноги, чтобы камни не осыпались.

Вдруг откуда-то слева с высоты сорвалась крупная птица. Улюлюкая, не размахивая крыльями, она спланировала вниз.

— Это улар, — невозмутимо констатировал Сергей. — Мы его называем черной индейкой. Добывать птицу сейчас не будем.

Тихонько мы пошли дальше, поднимаясь на гребень. Я старался повторять движения опытного охотника, низко пригибался к земле. Казалось, что от напряжения сердце вот-вот выскочит из груди. И крутой подъем и разряженный воздух обеспечивали дополнительную нагрузку на организм. С нас ручейками стекал пот, мы с трудом переводили дух.

И вот по одному стали осторожно выбираться на гребень и смотреть за него. Увиденная картина привела меня в такую эйфорию, что сердце вновь учащенно забилось. Контраст буквально поразил всех нас!

Казалось, что там, за бугром, весна уже давно вступила в свои права. Снега не было вовсе, а голые скалы занимали огромную территорию, раскинувшуюся перед нами. Мне сразу вспомнилась Земля Санникова из популярного в тот период кинофильма.

А вот и козероги

Между тем Сергей не терял времени зря. Он сразу расчехлил бинокль и начал внимательно осматривать эти причудливые творения природы. Вот старший охотник поднял руку и передал свой оптический прибор соседу, указав нужное направление. Тот посмотрел в эту сторону, а потом дал взглянуть следующему.

Вскоре мы все уже заметили стадо козерогов. Оно состояло примерно из дюжины животных — как взрослых особей, так и сеголетков. Копытные мирно паслись на небольшой полянке. Некоторые из них уже насытились и лежали, отдыхая после трапезы.

Я передал дальше бинокль и взглянул на козерогов уже без мощных окуляров. Даже невооруженным глазом мне удалось рассмотреть крупного вожака, стоявшего на возвышении. Он, не склоняя головы, гордо обозревал окрестности, стараясь уберечь свое стадо от любой опасности.

Мы вновь спряталась за гребнем. Старшие посовещались и решили, что стрелять прямо отсюда будет неразумно. Оптического прицела у нас не было, да и прирожденного снайпера в наших рядах не нашлось.

Дистанцию охотники считали не слишком большой — метров 250–300. Однако следовало принять в расчет, что это горы, вносящие свои коррективы. К тому же требовался один точный выстрел, чтобы сразу уложить зверя на месте, а не гоняться потом за подранком по крутым склонам.

В итоге было решено отправить самого молодого из нас обходным путем. Юноше вручили карабин и дали исчерпывающие инструкции. Этому добровольцу сказали осторожно подобраться поближе к стаду, чтобы сократить дистанцию до минимума, а потом выцелить самого крупного самца.

«Раскат грома» в горах

Долгие наставления не потребовались, поскольку молодой геолог оказался из числа местных жителей. Он нетерпеливо кивнул головой, перехватил оружие поудобнее и вскоре скрылся из виду. А мы опять выглянули из-за гребня и стали наблюдать за козерогами.

Ожидание заняло не менее получаса, я уже начал ощущать неприятное покалывание из-за мороза. Вдруг неожиданно раздался гром, как мне вначале показалось. Это не напоминало хлесткий звук винтовочного выстрела. Прокатившийся в горах раскат больше походил на орудийный залп, как я подумал. И сразу подключилось эхо, разбудившее всю округу.

Встревоженное стадо быстро удалилось в ближайшую расщелину и скрылось из наших глаз. Лежа на снегу, мы наблюдали, как убегавшие без потерь животные подняли пыль своими копытами.

Вскоре показался сконфуженный охотник. Он пояснил, что карабин ему достался непривычный. Молодой человек рассказал, что хотел внести коррективы и несколько занизил прицел, надеясь срезать рогача. Однако выпущенная пуля угодила тому под ноги.

Наши спутники из числа местных жителей громко выражали свое недовольство и сожалели, что неудачный выстрел лишил их свежатины. Я же совершенно не расстроился. Это был первый случай, когда мне довелось присутствовать на горной охоте и своими глазами увидеть козерогов, обитающих в привычных условиях. Полученных впечатлений хватило с лихвой.

Необъятность окрестной территории, резкий контраст между разными участками местности, возбуждение от напряженного подъема по скалам и азарт, охвативший нас при виде диких зверей, — все это надолго сохранилось в моей памяти. В дальнейшем я часто рассказывал о своих похождениях приятелям…

Заслуженная награда

Назад в поселок мы вернулись без проблем. Как и обещал начальник экспедиции, самолет Ан-2 прибыл в намеченное время. Воздушное судно взяло на борт семь человек — большего груза не потянул бы мотор. В число этих людей вошел и я. Нас благополучно высадили в областном центре, где уже держалась теплая погода. Весна там полностью вступила в свои права.

Меня поначалу удивила бурная эйфория спутников. Но оказалось, что они радовались не только хорошей погоде. Выяснилось, что другие пассажиры на самолете прибыли за ордерами на квартиры в только что построенном доме. Когда я это узнал, мне стало понятно возбуждение людей.

Кстати, геологи, с которыми мы вместе охотились, внесли серьезный вклад в реализацию важного проекта. При этом работать им приходилось в экстремальных условиях. За такие заслуги коллектив был награжден орденом «Знак Почета».

Как оказалось, специалисты нашли, разведали и передали в государственную комиссию по природным запасам богатейшее золоторудное месторождение. В дальнейшем там на правах концессии начал работать крупный комбинат. Он выпускал сотни тонн драгоценного металла в год.

Но мне эта местность больше не запомнилась не огромными залежами, а яркой природой и интереснейшей охотой. Пусть нам тогда и не удалось добыть трофей, но впечатлений хватило надолго.

Владимир Орлов, г. Томск

Оцените автора
www.oir.su
Добавить комментарий