Чужими руками

зубастая хищница

Кто бы мог подумать, что такая небольшая речка, как Пекша, являющаяся притоком Клязьмы, после возведения плотины станет всеобщей зоной отдыха и рыболовства среди основной массы жителей города Кольчугина и его окрестностей? Сколько себя помню, мало кто там рыбачил. В основном купались, загорали и ловили раков. А скудной добычи удильщиков едва ли хватало на кошачий рацион. Но так было раньше…

Высокие берега этой речки состояли из глины, а скрытые под водой представляли собой «сито» из сплошных рачьих нор. Их обитателей можно было наловить с полведра, даже не напрягаясь, на каких-то 20 метрах.

В деревне, расположенной почти на берегу Пекши, прошло мое детство. Там же на речке я поймал свою первую уклейку, которая послужила стимулом для изучения водных обитателей. Впереди меня ожидало множество интересных событий.

В недалеком будущем я собирался отослать свои документы для поступления в один из московских вузов, чтобы учиться на ихтиолога. Но в последний момент все изменится, так как друзья переманят меня в другое место. Сейчас я думаю, что это было зря…

Новая жизнь Кольчугинского водохранилища

Но вернемся в годы моего детства. В начале лета плотину достроили, русло и часть поймы оказались затоплены. Мы с братом Андрюхой все ждали, когда же, наконец, заполнится весь водоем. Однако дальнейшее поднятие уровня отложили почти на два года.

Нам же не терпелось посмотреть, как уходят под воду деревья и кусты, растущие по берегам, березовая роща, где я дважды обрывал леску на ветвях, и еще часть леса, носившего странное название — Курьпины. Пока же мы могли только бродить по чуть затопленной территории, где глубина не превышала 20 сантиметров, и заглядывать в темную бездну русла.

Появилось множество разных водоплавающих птиц. Цапли чуть в стороне от нас важно вышагивали на длинных ногах и высматривали мелкую рыбку. Начиналась новая жизнь Кольчугинского водохранилища. Мне тогда исполнилось одиннадцать лет.

На следующий год в июне, когда я приехал в деревню на каникулы, все отмели уже были покрыты слоем ила, появились первые травы. Мы с братом, медленно прогуливаясь по воде, ощущали себя частью аквариума. Его обитатели приспосабливались к новым условиям.

Стайки мелкой плотвы плавали по свободным коридорам, теребя сочные поросли травы. Из-под ног постоянно выскакивали щурята, стрелами рассыпаясь по разным сторонам. Попадались и шкурки панцирей раков после их линьки. Мы, глядя на все это, мечтательно вздыхали. То ли еще будет!

Первая рыбалка случилась в августе, когда щучки заняли оборону под травой на верхней русловой бровке. Захотелось поймать невесть откуда взявшуюся хищную рыбу. Но, во-первых, надо было запастись живцом. Во-вторых, для поимки мелкой рыбки требовались мотыли. И, в-третьих, у нас не имелось серьезных удочек. Зато в городе находился рыболовный магазин.

Выпросив дома нужную сумму денег для дела, мы быстренько смотались туда и вернулись с новенькими бамбуковыми удочками. Оснащая их, повесили крупные пластмассовые поплавки, чтобы живец не топил. Для ловли мелкой рыбы хватало и ореховых двухметровых прутьев. Добывать мотылей решили железным ситом. Вроде бы все предусмотрели. Рыбалку запланировали на следующее утро.

Прогулка в густом тумане

После войны наш деревенский дом разделили пополам на две семьи. Спустя годы в одной его половине жили моя бабушка с крестной, к которым я приезжал на лето. Их соседями были люди не чужие. Во второй половине дома обитали бабушкин племянник с женой и их сын Андрей. Он был на год старше меня, но мы с ним дружили и общались, словно кровные, а не троюродные братья…

И вот наступило долгожданное утро рыбалки. Бабушка страдала бессонницей и подняла меня с кровати вовремя без всякого будильника. Я перелез во дворе через перегородку и прервал сон брата. Андрей сразу вскочил с постели, как будто всю ночь дожидался, когда за ним зайдут. Попив чаю с бутербродами, мы вышли из дома.

Утро было туманное и прохладное. Отправляясь на рыбалку, кроме нехитрого снаряжения, захватили еще и срезанные деревянные рогульки. Дорога к реке вела под горку. Мы взволнованно переговаривались, бодро ступая по тропинке быстрым шагом. На душе было радостно от мыслей, что через каких-нибудь 10 минут наступит время лова, в течение которого возьмет и попадется первая щука!

Зайдя в воду, мы стали волноваться, что из-за тумана можем с размаху угодить в глубокое русло. Поэтому пристально вглядывались себе под ноги, осторожно ступая по залитой водой пойме. Неожиданно появилось темное пятно. Мы пришли. Воткнув рогульки на самой границе свала, повесили сумку с ситом и разложили удочки.

«Интересно, есть ли мотыли в иле, которым было покрыто дно мелководья? — думал я. — Ведь прошло так мало времени!». Личинкам нужно целых четыре года провести в заточении, чтобы они могли вырасти до взрослого состояния и вылететь на свет комарами-дергунами. Зачерпнув ситом грунт, мы стали промывать его. Вскоре обнаружили, что личинки тут есть, хоть и некрупные. Их хватит на всю рыбалку.

Зубастая красавица

На самом краю свала под водой виднелись густые темно-зеленого цвета заросли элодеи. Отмерив на лесках полуметровую глубину и насадив мотылей, мы опустили насадку прямо за кромку травы. Через минуту Андрей вытащил маленького окунька и тут же насадил его на другую удочку, продевая крючок в районе верхнего плавника.

Решили пока попробовать ловить на метровой глубине, а дальше… как пойдет. У меня произошла поклевка и попался такой же шустрый разбойник. Я повторил Андрюхину процедуру по насаживанию живца.

— Серег, гляди! — услышал я шепот брата. — Поплавок сначала чуть шевелился, а теперь запрыгал.

Я опустил свою рыбку поплавать около ног и посмотрел на Андрюхину снасть. Поплавок конвульсивно дергался, притапливался и вдруг медленно «поехал» в сторону, скрываясь под поверхностью воды. Я тихо прошептал:

— Заглотила! Тащи!..

Брат сделал подсечку. Удочка согнулась, и на крючке забился первый щуренок. Почин сделан! Впервые я увидел живую щуку на речке Сойма, когда мне было пять лет от роду, и очень хорошо запомнил улов. С тех пор и до нынешней рыбалки эти хищницы не попадались на моем пути. Мы с братом разглядывали удивительную щуку с огромной пастью, усеянной острыми зубами. Теперь надо и мне постараться, чтобы поймать вот такую же красавицу!

Я забросил своего живца на три метра правее Андрюхиного места. Насадив мотыля, продолжаю ловить следующего окунька. Мои глаза постоянно косятся на большой поплавок, который еле заметно ерзает на поверхности. Брат пристроился рядом, пытаясь поймать еще одного маленького полосатика. Но живец стал интересоваться мотылем так плохо, что мы быстрее дождались щучьей хватки, чем его поклевки.

Домой с уловом

Все повторилось по тому же сценарию. Большой поплавок испуганно дернулся в сторону и замер. Произошла атака. Я выждал время, когда подпрыгивания закончились. Наступил момент захватывающего движения с исчезновением поплавка.

После подсечки ощутил сопротивление рыбы. Она бросалась то в одну, то в другую сторону, но, наконец, сдалась. Выведя на мелкое место, я взял ее сверху прямо за холку.

Мы радовались, как дети. Хотя, по правде говоря, ими и были на тот момент. Живцы попадались на крючок с горем пополам, у нас уходило очень много времени на то, чтобы соблазнить мелких окуньков предложенным мотылем. Зато щурята съедали их очень быстро.

За всю нашу рыбалку было добыто всего пять полосатиков. Соответственно, на этих живцов мы поймали столько же щучек, которых положили в сумку и по очереди несли ее обратно. По дороге строили планы на следующий день, вспоминая волнующие минуты утренних поклевок.

Однако наши замыслы пришлось скорректировать. Следующим днем была суббота. Родители Андрюхи выбрали это время для того, чтобы всей семьей поехать в соседнюю деревню навестить бабушку и переночевать у нее. Это означало, что нам нужно перенести рыбалку на другой день.

Но нетерпение, которое я испытывал, взяло верх. Решил в одиночку идти на водоем. Утром встал на час позже не потому, что проспал. Просто побоялся внезапной жуткой черноты под ногами на месте ловли и того, что на этот раз я буду без верного напарника.

Рядом с соседями

Захватив две удочки с сумкой и рогульки с ситом, поспешил на наше место. Спустившись по пологой пойме, заметил людей, застывших посередине водоема. Не поднимая ног, медленно побрел по своему маршруту. Прошлый раз ориентиром мы выбрали проселочную дорогу на той стороне, которая уходила вверх перпендикулярно реке. Хоть я и шел по вчерашним следам, внимательно всматриваясь под ноги, но от неожиданного появления темной бездны у меня перехватило дыхание.

В 40 метрах слева стояли четверо рыбаков. У каждого по две удочки на подставках. Сзади мужиков на колышках висели бидончики с заранее заготовленными живцами.

Я, быстренько добыл мотыля, тут же выловил первого окунька и, насадив его на крючок другой удочки, сделал плавный заброс. Вчера щука охотилась очень активно, не давая скучать мелкой рыбке. Учитывая это, я предположил, что и сегодня будет то же самое.

Однако минуты быстро летели, а ничего не происходило. Живец поплавал сначала в одном месте, потом — в другом. Щука себя пока никак не проявляла. Также я не мог поймать и следующего окунька, чтобы было что насадить на крючок, когда попадется первая зубастая хищница.

Поглядывая на рыбаков, призадумался. «У них, наверное, клюет на том месте? А здесь мы всю рыбу выловили еще вчера, — прикидывал я про себя. — Может, подойти и встать рядышком?».

Решение созрело. Я вынул рогульку и, не поднимая ног, медленно побрел в том направлении, огибая поворот реки и перезакидывая живца по мере моего продвижения вперед. Справа находилась темная пятиметровая бездна. Травы на свале, такой как на моем месте, не было. Только голая ровная поверхность. Добравшись, я встал около первого рыбака и закинул удочку.

Походкой робота

Потоптавшись 10 минут, решил не терять времени зря, а пойти и поймать живца. Дескать, все равно хищник пока не ловится. С этими мыслями я оставил мужиков и поспешил, шаркая ногами, на свое место. Там, как-никак, росла трава и было больше шансов увидеть поклевку.

Только насадил мотыля, как меня окликнули. Крайний рыбак держал щуку и махал рукой. Я сломя голову понесся обратно. Бултыхать ногами было нельзя, чтобы не распугать обитателей водоема, так что мне приходилось скользить на полусогнутых ногах. Как робот, я преодолел эти 40 метров, выжимая максимальную скорость.

Мне вручили зубастую хищницу, которая попалась на мой крючок. Поблагодарив, уже не торопясь, побрел к себе, чтобы положить рыбу в сумку и изловить живца, упорно отказывающего клевать. И вот когда я, изнемогая от нетерпения, догадался слегка потянуть поплавок в сторону, приводя мотыля в движение, произошла долгожданное событие. Окунек все же клюнул. Насадив его на крючок, я устремился к рыбакам.

После того как живец был закинут, а удочка легла на рогульку, мне пришла в голову мысль: «Снаряд дважды в одну воронку не попадает». Поэтому, ни минуты больше не раздумывая, я развернулся и, наращивая обороты скользящих лыжных движений, припустил обратно, чтобы ловить мелочь у травы. Со стороны меня, наверное, можно было принять за робота Вертера из фильма «Гостья из будущего», которому добавили пару лишних батареек. Трех метров добежать не успел.

— Эй! — услышал я оклик со спины. — Ты когда сам-то ловить начнешь?! Главное — у нас ни у кого не клюет!

Я развернулся и во все лопатки по взмученному мелководью, рискуя перейти границу дозволенной глубины, «зашаркал» на встречу со своим новым трофеем. Рыбак со смехом высказал еще несколько колкостей, после чего передал мне в руки очередную щуку, клюнувшую на крючок моей удочки.

А мне хотелось самому потягаться с хищницей! Я решил, что на этот раз буду ловить живца и больше никуда не пойду. Убрав трофей в сумку и соблазнив пассивного окуня своей выдуманной проводкой, вернулся к рыбакам.

Разочарование от добычи

Насаженный за спинку полосатик проплавал битый час. Мне присесть было некуда, и я «мотылялся» из стороны в сторону, чтобы не стоять на месте. Показалась здравой плеснувшая в голову мысль: «По-быстрому забрать свои пожитки и вернуться. Если за час поклевки не произошло, то за пару минут точно ничего не случится». Сделав несколько шагов по направлению к вещам, я услышал голос соседа:

— Как хочешь, а мы больше не будем тебе вытаскивать рыбу!

— Ну и не надо! Я быстро обернусь!

— Удочку утопит!

— Пускай!

Добравшись до сумки, я выдернул рогульки и, стрельнув глазами в сторону удачного места, увидел, как сгибается моя оставленная снасть в руках соседа. А друзья его покатываются со смеху.

— Эй ты, горе-рыбак! — проорал кто-то из них. — Достал уже, чтобы мы за тебя рыбу ловили!

Вернувшись, я поблагодарил мужика, который, несмотря на обоюдное соглашение не вытаскивать удочку, нарушил слово и добыл для меня хорошую щучку. Его друзья не унимались, скорее всего, потому, что сами остались без добычи:

— Ничего себе! Мы тут ловим, поклевки не видим, а он не рыбачит, и все трофеи ему достаются. Иди отсюда!

Мне трех штук по уши хватало, и я, собравшись, побрел по воде к дому. Хоть и возвращался с уловом, удовольствия от рыбалки получил мало, поскольку своими руками не поймал ни одной щуки. Не видел захватывающей поклевки, когда поплавок, медленно погружаясь, скользит в сторону. «Но завтра все сложится по-другому, — думал я. — Ведь со мной будет брат!».

Весь август продолжалась захватывающая рыбалка. В конце месяца заканчивалась летняя пора, а вместе с ней и счастливое беззаботное время. Нам с Андрюхой, находившимся под таким сильным впечатлением, уже не хотелось дальнейших изменений в Пекше. Но мы знали, что весной все станет по-новому и вода поднимется еще на четыре метра…

Сергей Мокеев, г. Владимир

Голосов еще нет