За лисой на приваду

Рыжая плутовка

Происходили эти события много лет назад, когда я был молод и горяч, а охотничья страсть кипела во мне, как чай в тульском самоваре. В то время, как говорится, за день мог «воробья в поле загонять».

Славные традиции

Любовь к охоте, по-видимому, передалась мне от отца. Он еще в 30-е годы прошлого века профессионально занимался добычей дичи. Прошел две войны — Гражданскую и Великую Отечественную, получил тяжелое ранение. В трудные 40-е и 50-е годы отец уже не имел возможности охотиться в полную силу. Но ружья свято хранил, продавал старые, покупал новые и пристреливал их за селом.

Иногда отец брал нас с братом на утиную охоту. Технику безопасности и все правила, связанные с добычей дичи, мы знали, как таблицу умножения. Отец строго учил нас и предупреждал, что у охотника-незнайки ружье один раз в год само стреляет. Мы немного побаивались этого. Верили наставлениям отца беспрекословно и выполняли все его указания.

Арсенал у нас дома насчитывал несколько ружей. Среди них была курковая одностволка 20-го калибра, которую на совместных охотах отец начал давать мне. До сих пор вспоминаю об этом с особым восторгом. Мне тогда было 12 лет. Я с гордым удовлетворением и желанием чистил и смазывал любимое ружьецо. Холил и лелеял его, как заботливая мать свое ненаглядное чадо.

В то время никто у нас не прятал охотничьи ружья «за семью замками». Наш арсенал находился дома в зале. На стене висел красивый ковер, а на нем не менее внушительно располагались крест-на-крест четыре ружья и два пустых патронташа. Они никого не пугали и не раздражали, а, наоборот, придавала хозяину решительную значительность. Но зато все боеприпасы хранились строго под замком — в деревянном ящике.

В тот период по предъявлению охотничьего билета в промтоварных магазинах можно было купить папковые патроны, капсюли и любой порох — «Сокол» (бездымный) или «Медведь» («черный»). А самое главное — даже гладкоствольные ружья продавались без каких-то особых на то разрешений.

По намеку жены

Но я хочу сегодня рассказать о другом. В 80-е годы цены на мех были высоки. Особенным спросом в общественных кругах пользовались шкурки таких зверьков, как ондатры, лисицы, корсаки, хорьки, колонки, и прочие.

Они были доступнее по цене и почти не уступали по красоте меху других животных. Естественный окрас пушнины радовал глаз мужчин и женщин, любующихся своими головными уборами или яркими, пушистыми, привлекающими внимание воротниками для пальто.

Однажды жена сделала мне хитрый и, казалось бы, незначительный упрек: мол, у ее подруги есть лисья шапка, называемая «стожок», хотя муж охотой совсем не увлекается. Да еще, дескать, и пальто с воротником из меха рыжей плутовки.

Своими, вероятно, неслучайными словами благоверная задела мое охотничье самолюбие. Я решил вплотную заняться «патрикеевнами», чтобы поднять собственный промысловой авторитет.

Раньше мне многократно приходилось охотиться на разнообразную дичь, в том числе и на лисиц. Предпочтение отдавалось коллективным выездам, в которых принимали участие человек по 5, а то и по 10. Так проще было организовать загон.

Этот способ охоты очень простой. Сначала в одном месте несколько человек выполняют задачи загонщиков, а остальные их товарищи стоят на «номерах». Затем охотники меняются ролями. В постоянных компаниях, где все друг друга хорошо знают, трофеи делят по очереди или отдают тому, кому больше нужно. В этом щепетильном вопросе разногласий у нас не было.

Обустройство шалаша

Но в этот раз я решил пойти по другому пути, чтобы проявить свою индивидуальность. Подготовительными работами занялся еще осенью, когда закончились уборочная кампания и другие хозяйственные мероприятия и никто не мог помешать выполнению задуманного мною плана.

Недалеко от села Ирбизино возле большого болота под названием Ефремушка в Карасукском районе Новосибирской области, где зимой лисы любят путешествовать, я построил небольшой шалаш. Сделал в нем окошко-бойницу, поставил скамеечку, застелил «пол» слоем мягкого душистого сена. Определил место для ружья и бинокля.

Дверцу-калитку смастерил так, чтобы она открывалась вовнутрь и зимой могла легко и быстро распахнуться. Затем накрыл и обложил шалаш соломой в виде стожка и закрепил ее шнуром, который используют при прессовке тюков. А потом стал с нетерпением ждать открытия охоты на пушных зверей.

Когда сезон начался, зима уже накрыла «лебединым крылом» безмятежную промерзлую землю. Снежок, как накрахмаленная простыня, застелил все поля, луга и перелески. Мороз еще не лютовал, но дело шло к тому.

Пришло время приступить к выполнению второго этапа задуманного мною плана. В преддверии зимы селяне начинают массово забивать живность на мясо. Так что мне без особого труда удалось найти потроха (то есть внутренности) двух особей крупно-рогатого скота, погрузить эту приваду на сани и на лошади вывезти к намеченной точке.

На расстоянии 20-25 метров от шалаша прямо напротив «амбразуры», не спрыгивая на снег, я вывалил приманку. Предварительно разрезал ножом желудки, чтобы диффузия воздуха помогла быстрее и дальше распространить запашок от «свежины». Учитывая отличный нюх зверья, я твердо знал, что им нетрудно будет обнаружить источник, откуда исходит этот заманчивый «аромат».

В ожидании рыжей плутовки

Через пару дней на лыжах отправился посмотреть, что происходит на месте, где оставалась привада. Еще издали стало понятно, что работа с потрохами идет быстрыми темпами. Снег вокруг был истоптан и изрыт. Сюда приходили и корсаки, и лисы, и хорьки, и даже лесная курица оставила свой след. Мне стало ясно, что нужно действовать без промедления.

И вот за час до заката я уже сидел в шалаше на лавочке, заняв исходную позицию. На ногах были катаные валенки, сам одет в теплый зимний охотничий костюм. На голове удобно сидел малахай, сшитый из овечьей шкуры. А кисти рук были надежно спрятаны в меховые «варежки». Холода я совсем не чувствовал.

Ружье ТОЗ-34, служившее мне верой и правдой более 10 лет, стояло на уровне вытянутой руки. В стволах были патроны с «двумя нулями». В бинокль открывался широкий простор. Обзору спереди шалаша ничего не мешало. Позади него, правда, я не имел возможности хоть что-нибудь увидеть. Но это неудобство меня не беспокоило.

До полнолуния оставалось еще дня три. Но естественный спутник Земли уже висел на небе и ярко светил, внешне напоминая надкушенный блин. Сияние луны озаряло холодным блеском и камыши, и солонцы, и вспаханное осиротевшее поле, и лесопосадку за ним.

Я раз за разом внимательно осматривал окрестности, стараясь не пропустить любое движение. Особо задерживал взгляд на подозрительных кустиках и бугорках и напрягал глаза. Время шло. Так я безуспешно просидел уже больше часа.

Досадная ошибка

Но вот, наконец, заметил с помощью бинокля темное пятно, которое быстро приближалось. Вскоре мне удалось отчетливо рассмотреть все детали, и я убедился, что это красавица-лиса. Она остановилась, распустив восхитительный хвост-«морковку», и внимательно прислушивалась к морозной тишине.

Видимо, не уловив подозрительных звуков, рыжая плутовка продолжила движение. Осторожно отложив бинокль, я взял ружье и приготовился к выстрелу. Лисицу уже было хорошо видно без помощи линз.

Мое сердце взволнованно билось, словно колокол на церковной башенке, готовое выскочить из груди. Я боялся, что животное услышит этот громкий стук и скроется с глаз долой. К счастью, тут проблем не возникло.

Но подвох поджидал меня с другой стороны. Когда до лисицы оставалось метров 100, я решил осторожно снять ружье с предохранителя. Тот неожиданно издал громкий отчетливый щелчок. Этого хватило для того, чтобы рыжая разбойница вдруг резко развернулась и рванула назад, помахав мне на прощанье пушистым хвостиком.

От внезапности таких событий и от расстройства я чуть не заплакал. Но винить было некого, кроме самого себя. Ничего другого не оставалось, кроме как учесть свою ошибку и сделать выводы на будущее…

Завершение охоты

Прошли еще два часа томительного ожидания. За этот период к приваде один за другим подкрались целых три корсака. Они принялись грызть требуху, борясь за нее между собой. Звери хрипло гавкали, злились, гонялись друг за другом. Но иногда вдруг замирали, навострив уши.

Я тихо сидел в своем темном шалаше и с интересом смотрел этот захватывающий спектакль. Но сам все же ждал появления главного действующего лица — Алисы Патрикеевны. Когда зимний холод начал украдкой пробираться за воротник и одновременно студить ноги, а лимит моему терпению подошел к концу, она пришла откуда-то со стороны Ефремушки.

Неожиданно быстро рыжая плутовка приблизилась к задирам-корсакам. Это был матерый лисовин, одетый в огненный «костюм» с белоснежным бархатным «галстуком» на груди, с пушистым завораживающим хвостом, который придавал внешности животного особую элегантность.

А дальше все происходило очень быстро, словно в короткометражном фильме. На этот раз мое ружье находилось уже на боевом взводе. Я быстро поймал лисовина на «мушку» и нажал на спусковой крючок. Выстрел глухо разорвал немую тишину ночи.

Зверь неуклюже рухнул набок. Два корсака рванули в левую сторону, а третий замешкался, а потом метнулся вправо. Там через 10 метров он был настигнут моим вторым выстрелом и упал недалеко от лисы.

Я мигом выскочил из шалаша, нацепил лыжи и помчался к трофеям, на ходу перезаряжая ружье. К моей радости, оба попадания оказались чистыми, подранков не было. Мой продуманный план привел к заслуженному и желанному успеху.

Мысли под звездами

Тем временем луна благодаря незаметному вечному вращению Земли сменила месторасположение на небе, но по-прежнему светила ярко и холодно. Звезды россыпью блестели на темном бархате, словно ромашки на зеленом лугу.

Большая Медведица, набрав в свой ковш множество метеоритов, особо выделялась в бездонной ночной синеве. Полярная звезда убедительно указывала путь на север. А вот Млечный Путь где-то затерялся в далеком застывшем пространстве.

Но у меня в душе, несмотря на морозную неприглядную ночь, словно бы появилось свое маленькое солнышко, которое светило и излучало тепло. Истинная правда состоит в том, что охотники — люди особенные.

Ради своей страсти и непомерной любви к родному краю они готовы мокнуть под проливными дождями и мерзнуть в зимнюю стужу. Не обращать внимания на отсутствие спальных мешков, на тучи гнуса над головой, на порой длительные и утомительные путешествия в поисках охотничьей удачи по густым лесам, или по ослепительным снежным барханам сибирских степей, или на лодках по камышовому морю непроходимых болот.

Вот почему для этих людей пылающий костер на снегу в глухом, Богом забытом уголке тайги намного предпочтительнее и дороже горящего камина в уютном роскошном доме (хотя, конечно, одно другому не мешает).

Мне бы хотелось, чтобы связь времен не прекращалась и молодые парни не забывали интересные, увлекательнейшие способы охоты как на водоплавающую и боровую дичь, так и на разнообразные «зимние виды фауны».

Любите, цените, берегите природу, нашу великую страну и свою малую родину! Ни пуха вам, ни пера!

Геннадий Баган, Новосибирская область

Голосов еще нет