Хакасский «ужастик»

Лис фото

Произошла эта история несколько лет назад. Я ездила в экспедицию в урочище Сорокаозерки, расположенное в Бейском районе республики Хакасия. Это урочище полностью оправдывает свое название, представляя собой довольно обширную территорию, по которой разбросано большое количество водоемов различного размера, глубины и солености. В окрестной степи часто встречаются барханы, самые настоящие, почти как в пустыне Сахара, только немного поменьше. Временами здесь даже случаются песчаные бури. Но речь пойдет не об этом…

Истории на ночь

Дело было в середине мая, погода стояла на редкость ветреная и холодная, чуть ли не каждый день сыпал снег или лил дождь. Но несмотря на такие погодные условия, весенняя миграция шла полным ходом, и мы целыми днями пропадали на озерах, проводя учеты подлетающих с юга многочисленных стай водоплавающих птиц.

Жили мы в рыбацкой избушке на берегу озера Турпанье. Там было тепло и уютно, а по вечерам к нам в гости приезжали местные рыбаки и чабаны. И вот в один из таких вечеров, когда мы все дружно сидели за накрытым столом, вдруг зашел разговор о нечистой силе. Один из чабанов поведал, что встречается в здешних местах привидение — всадник на белом коне. Если увидит его хороший человек, то ничего ему не будет, если, конечно, от испуга на месте не скончается. Но вот если грехи за тобой водятся, то в течение недели после «общения» либо сам умрешь, либо кто-то из твоих близких. Причем смерть будет очень плохой и страшной. После заговорили о имеющихся случаях встреч местных жителей со всадником и о их последствиях. Тут я еще вспомнила, как года два назад читала в одной из красноярских газет заметку, что есть в Хакасии гора, на которой тоже появляется в полнолуние всадник на белом коне, и все, кто его видит, либо умирают, либо, в лучшем случае, с ума сходят. Что специально посылали на эту гору группу ученых со всевозможными приборами, и что выжил из людей только один, да и тот умом тронулся. Судя по карте, приведенной в газете, гора эта находилась всего километрах в 50 от урочища Сорокаозерки.

В общем, проговорили весь вечер про привидения и всякую другую нечисть, которая встречается на бескрайних просторах Хакасии, а в лунную ночь кричит в степи диким голосом и нападает на одиноких путников. Постращав друг друга разными историями из книг да из жизни, уже за полночь легли спать.

Кричащее «нечто»

На следующий день отправилась я с утречка на учеты водоплавающих птиц. Возвращаюсь обратно уже в потемках, голодная и уставшая, двигаясь прямиком по степи в направлении полевой дороги, с которой потом (главное — не проскочить поворот) надо свернуть на тропинку к избушке. Небо постепенно заволакивают огромные черные тучи. Они спускаются все ниже и ниже, как будто стараются прижать тебя к самой земле. На горизонте время от времени вспыхивают молнии. Становится все темнее, и вскоре я оказываюсь практически в полной темноте. Дорожная колея ощущается только на ощупь: если сухая трава не мешает идти, то я на дороге, а если начинает цепляться за штаны и лезть в кроссовки, значит, уже по целине иду. Вокруг в пределах видимости — ни единого огонька. До избушки еще километра четыре, до остального жилья — все десять. Ругая себя последними словами за то, что так задержалась, пытаюсь совместить сразу два дела — двигаться быстрее и при этом не проскочить поворот, иначе гулять мне по степи до самого утра. Очень хорошо подстегивает мысль о том, какими словами сейчас награждают меня остальные участники экспедиции, ведь вернуться я обещала часов в шесть, а сейчас уже все десять, и где меня искать никто не знает. Поднимается холодный ветер, начинает накрапывать мелкий противный дождь, что еще больше портит мое настроение. В голову лезут всякие мрачные мысли. Неожиданно вспоминаются истории, рассказанные вчера в теплой и уютной избушке. Сегодня в холодной и темной степи они воспринимаются совсем по-другому. По крайней мере, смеяться над ними уже не тянет.

И вдруг сзади, метрах в двадцати от меня, раздается дикий, страшный и абсолютно нераспознаваемый вопль. Я подскакиваю на месте и прислушиваюсь. Душераздирающий звук повторяется, но уже ближе. Моя кровь сначала попыталась застыть в жилах, но, когда ей это не удалось, резко ударила в ноги. Я быстро увеличиваю скорость, лихорадочно вспоминая, что хищников, опасных для человека, здесь не водится, и, в принципе-то, боятся нечего. Но мысль о том, что это кричащее «нечто», возможно, имеет человеческое происхождение, пугает еще больше. А вопли между тем, несмотря на мою резвую рысь, быстро приближаются. Добавив скорости, осыпаю себя новой порцией проклятий за то, что не положила в рюкзачок фонарик. Ведь если «это» вдруг нападет, то я даже не увижу, от кого отбиваться, хотя, может, оно и к лучшему. Вдруг от того, что увидишь, сразу помрешь на месте от ужаса… Если бы там, откуда исходит звук, хоть бы глаза блеснули, можно было тут же приписать их какому-нибудь безобидному зверю. А так — полная темнота, злой холодный ветер и преследующие тебя уже на протяжении почти пары километров кошмарные вопли неизвестного и оттого очень страшного существа. Вовремя вспомнился тот факт, что сейчас именно полнолуние.

Совершенно непонятно, как в такой ситуации я нашла поворот на избушку. Оставшееся расстояние до нее я неслась почти галопом, а эта тварь, не отставая, бежала следом метрах в пяти и орала, казалось, на всю степь. Хорошо, что вокруг избушки уже бродили с фонариками ребята. Я вылетела к ним из темноты с круглыми от страха глазами и… вопли тут же прекратились.

Виновник страхов

Хорошенько закрыв дверь нашего жилища, мы пустились в жаркие обсуждения, кто или что это могло быть. Никто из присутствующих здесь раньше не слышал подобных звуков, хотя народ собрался бывалый, уже участвовавший не в одной экспедиции и исколесивший половину края. Один шутник попытался, было, напугать нас предположениями о жутком монстре, который бегает по степи и отлавливает несчастных биологов, пытающихся вторгнуться в его владения. Но после коллективного обещания выкинуть его на всю ночь за дверь для общения с этим «монстром» быстренько забрался под одеяло и притворился спящим. Решив, что утро вечера мудренее, все отправились спать, и на завтра, уже при свете солнца мы посмеялись над этой историей и пожалели, что вечером сразу не сходили посмотреть следы. Дня через два я сижу у подножия бархана недалеко от избушки и пытаюсь обнаружить в определителе растений название каких-то мелких зеленоватых цветочков, растущих прямо на песке. И вдруг я слышу тот же жуткий вопль, раздающийся совсем рядом. Решив, что при необходимости я в две секунды домчусь до крыльца, потихоньку, по-пластунски выползаю на макушку бархана. И что же предстает моим глазам? На соседней вершине сидит самый обыкновенный лис! Правда не рыжий, как наши, а серый и по причине линьки сильно ободранный. Подняв морду к небу, он с упоением издает именно эти кошмарные душераздирающие вопли. Представьте мои чувства, вскипевшие, переполнившие и хлынувшие через край, когда я это увидела. Лис удирал с бархана, сопровождаемый моей длинной цветистой речью, включающей в себя все, что я о нем думала. Правда, судя по небольшой скорости, с которой он это делал, думала я о нем не очень плохо.

После огромного всплеска и излития эмоций внутри осталось сильное разочарование. Все-таки было жалко, что этим «чудовищем» оказалась обычная лиса. Ведь, наверное, каждому человеку хочется встретить в своей жизни что-нибудь необычное, непознанное и по-настоящему, хоть чуточку, сверхъестественное.

Анна Кутянина, г. Красноярск

Оцените автора
www.oir.su
Добавить комментарий